Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

Т

письмо из карантина

...что вам сказать, мой друг?
нового нет на свете,
разве что снег в апреле
после травы зимой.
сердце привычно жмёт,
страшно думать о лете,
прочее - ничего,
не печалуйтесь, дорогой.

Церкви закрыты. Все.
Свадьбы играть не в моде.
Мёртвых велят хоронить
тихо и без речей.
Кажется, интердикт,
ну или что-то вроде,
В общем, не буду врать,
это дело врачей.

Снова сулят карантин,
на улицах караулы,
Лишний шаг со двора -
и сразу расстрел в упор.
Ну... поживём пока,
послушаем их посулы.
Вроде, ещё не чума
и под стенами не Монфор.

Я иногда ловлю
тени цветущих вишен,
шум набежавших волн,
запах южной весны...
Это от вас привет,
Ласково, еле слышно...
Берегите себя, мой друг.
Вы мне очень нужны.

Хлеба пойти купить,
кофе тоже остатки,
И с табаком беда,
То есть без табака.
Маска на пол-лица,
капюшон, очки и перчатки.
Санкт-Петербург, апрель,
не скучайте, mon coeur.
Пока!
Т

три коронапесни

К нам пришел коронавирус,
коронавирус, коронавирус,
к нам пришел коронавирус
из далёкой чужой земли.

Не летают самолеты,
самолеты, самолеты,
не летают самолёты,
чтобы заразу не разносить.
люди заперты, словно в гетто,
новое гетто, коронагетто,
но это гетто с интернетто,
стало быть, легче переносить.

К нам пришел коронавирус,
коронавирус, коронавирус,
к нам пришел коронавирус
из далёкой чужой земли.

Этот новый блядский вирус,
коронавирцс, коронавирус,
Несколько легче, чем холера,
и милосерднее, чем чума.
Летит приказ из администрации:
Больше двух не собираться,
разве чтобы мощам поклоняться.
Кажется, мир сошел с ума.

К нам пришел коронавирус,
коронавирус, коронавирус,
к нам пришел коронавирус
из далёкой чужой земли.

Как говорил китаец Конфуций,
старый Конфуций, мудрый Конфуций:
Обнуляйте Конституцию -
всё равно все обречены.
А зараза повсюду вьётся,
над карантинами смеётся
и через руки передается,
И даже фейспалмы запрещены.

К нам пришел коронавирус,
коронавирус, коронавирус,
к нам пришел коронавирус
из далёкой чужой земли..

Польза нашей тарантеллы,
тарантеллы-коронателлы,
в том, что все ее куплеты
длятся около трех минут.
Так что мойте руки с мылом
и заедайте водку мылом,
и да помогут вам высшие силы,
а иначе всем капут.

К нам пришел коронавирус,
коронавирус, коронавирус,
к нам пришел коронавирус
из далёкой чужой земли.
К нам пришел коронавирус,
коронавирус, коронавирус,
к нам пришел коронавирус,
и, кажется. мы от него не ушли!

-------------------
На панголина насрала летучая мышь,
На панголина насрала летучая мышь.
в грустный чешуйчатый шарик свернулся малыш,
Видит он плохо, а нюхает он хорошо.
Вот он печальною шишкой лежит в тишине.
Подлая мышь мотыляет в ночной вышине.
А в это время в его панголинское нежное сочное мясо
вместе с обидой и запахом вирус пришел.

Ай! Давайте любить друг друга,
давайте не будем друг друга
зазря обижать.

Ах, если б можно бы было былое вернуть,
Если бы мышу заранее съел кто-нибудь,
если бы на панголина упал лепесток распустившейся розы китайской,
если бы сам панголин не отправился в суп.
ну а теперь никуда не летит самолет
И ни на Бродвее, ни в Ла-Скала никто не поёт,
Из-за панголина пошла пандемия,
а все потому что, мамма же мия,
Панголин был очень обижен, а мир очень груб.

Ай! Давайте любить друг друга,
давайте не будем друг друга
зазря обижать.
Нам всем проживать в одном карантине,
И вот почему я хочу вам
СРАЗУ сказать:
Ай! Давайте любить друг друга,
давайте не будем друг друга
зазря обижать.
---------------
Привет. Лючия,
Я в карантине.
О белла чао, бела чао, белла чао-чао-чао,
Коронавирус хуже Муссолини,
но все равно мы победим!

Теперь гуляем
Мы на балконах,
О белла чао, бела чао, белла чао-чао-чао,
Сидим на гречке
И макаронах,
Чего купили, то едим.

Мимо балкона
Летит ворона,
О белла чао, бела чао, белла чао-чао-чао,
А мы засели
в глухую оборону,
И не для нас придет весна.

Приходит доктор!
И медсестрица!
О белла чао, бела чао, белла чао-чао-чао,
У них под маской
не видно лица,
они все в белом и шуршат.

Пусть наградят их
за их работу,
О белла чао, бела чао, белла чао-чао-чао,
Они герои,
они сегодня
по жизни на передовой.

Однажды сдохнет
Коронавирус,
О белла чао, бела чао, белла чао-чао-чао,
Мы снова будем
гулять по парку
и трогать пальцами лицо!
Т

Приём

мой доктор глядит на меня
с печальною неприязнью,
он видит меня насквозь,
радости в этом нет.
Что же это, говорит он,
снова демоны дразнят?
Опять до утра не спите?
Опять встаете чуть свет?

Таблетки пьем? Ну понятно...
Работа?.. Ну как обычно.
Постельный режим был прописан...
Соблюдали? Полноте врать.
Он заполняет карту
почерк прямо отличный.
Он говорит: Дайте руку
Буду вам пульс считать.

Он говорит: вы, кажется,
к нам серьезно очень хотите.
У меня в голове закипает
желто-серая круговерть
Стены поплыли задумчиво
Тошнит, не хватает воздуха.
Док, извиняюсь заранее.
Я всё понимаю правильно?
Вы действительно - смерть?

Он отвечает буднично,
как будто ему плевать:
Вообще-то нет, но, вы знаете...
Можно и так сказать.
Т

За секунду до пробуждения

Мир полон чем-то таким…
Я даже не знаю чем.
Оно сладковато на вкус,
И солоно на губах,
Я слышу его изнутри -
Как тонкий и жуткий звон,
Как будто оно расширяется,
Тянется – и БАБАХ!

Я, знаешь, хожу с трудом.
Вернее шагну – и жду.
Ощупываю ногой
Белёсую пустоту.
Мне кажется, у меня…
Со мною что-то не так.
Как будто бы я лечу,
Как будто уже не тут.

На улице – дети, крик,
Июль истекает всем,
Машины едут туда,
Где будут ночью стоять,
Мне так надоело здесь,
А я живу и живу,
Вот только хожу с трудом,
Прогибается эта гладь.

Мне кажется, я проснусь –
А будет уже не так.
Я щелкну чем-то в спине
И разомкнется броня.
Крылами звонко треща,
Я выпрыгну из окна
И навсегда улечу
В сиянье нового дня,
Я, Грегор Замза…
Т

Песенка про 36

Приходила ко мне моя старая любовь,
Говорила, что ждет извиненья
За свою за молодую за погубленную жизнь.
Я ответила: какое совпаденье!
А иди ты лесом,
А целуйся с бесом,
Вот мое какое будет мненье.

А реб Шлёма, что на ярмарке чинит башмаки,
Подшивает им подметки, прибивает каблуки,
Он всегда говорил: поднимите две руки,
Свою правую и левую рабочие руки -
наберите больше воздуха в защечные мешки –
И кричите: а гори оно соломой!

Мое время золотое расточилось по камням,
Эти камни уже позолотели
Рассыпается песочек по улице мостовой,
По минутке, по часу, по неделе.
я иду-зеваю,
Время просыпаю,
Или мы не вечны, в самом деле?

А реб Эли, что знает больше сотни языков,
А половину-то из них-то сам и выдумал, поди,
Он вообще не говорит, он никогда не тратит слов,
Он их на ниточку низает, после носит на груди,
А как выносит до легкости – бросает в небеса –
И летят его слова, куда он не знает сам,
Так вот: реб Эли в этом случае брал белое словцо,
После – синее, зеленое, стеклянное словцо,
и звенели словеса его, сверкали и лились
Колокольцами хрустальными на вербе.

А когда моя обида подошла ко мне совсем,
И забросила руки мне на плечи,
И шептала-убеждала, говорила за меня,
И просила все что можно искалечить,
За моим пределом
Дудочка запела:
Что же ты творишь-то, человече?

А реб Рувим, что в аптеке насыпает порошки
и раскладывает ягоды в холщовые мешки,
Он смеется про себя: вот же люди дураки,
Всё болеют, не жалеют, а страдают от тоски,
И достает бутылку с полки, а в бутылке – светляки,
Он выпускает их на волю, кормит искрами с руки
И обратно в бутылку убирает.

И наш бедный мир опять не умирает.
Т

Приглашение

Лето будет долгим, не думай, нет,
Лето будет жарким и золотым,
Яблоки созрели, налив, ранет,
Бубенцом крыжовник, звенят кусты,
Лето будет долгим – и потому
Мы с тобой доверимся и нырнем,
В августовский полдень, в ночную тьму,
Вынырнем, отдышимся, подождем,
Ждать не страшно – лето же будет долгим.

Я прошу тебя – приезжай ко мне,
На коне, на зайце или пешком,
Там, у вербы спешишься, у камней,
Шаг с дороги, в сторону, там мой дом,
Там черничник, ягоды – черный сок,
Проходи, не трогай, не ешь, не пей,
От дороги – сразу наискосок,
Ненадолго, в гости, на пару дней…

Дерн болотный медленно подними -
Я оставлю там для тебя ключи,
Не смотри, что красные, – а возьми,
Руки заживут, есть у нас врачи.
Есть у нас озера живой воды,
Есть ручей и с мертвой, молчит-течет…
Сядем рядом на берег – до звезды…
Лето будет сладким, как дикий мед,
Я тебя люблю, приходи скорей,
Лето будет долгим…
Т

Девичье горе

Девица-красавица идет по дороге
В библиотеку из университета,
Чтобы подготовиться к завтрашней контрольной
На знание мыслителей кватроченто.
Умный телефончик мурлычет чуть слышно
Последние записи "L'Arpeggiata".
А послезавтра зачет по санскриту,
А послепослезавтра павильонка по "Дюне".
Павильонка по "Дюне", где она главмастер,
А два игротеха из трех отвалились...
А вчера так жутко похолодало,
Не пошла на концерт, лежала с мигренью.
Лежала с мигренью, лежала с мигренью,
Даже не проверила почту и даже
Не выложила фоточку в инстаграмме
С новеньким колечком от группы "Химеры"...
Девица-красавица идет по дороге,
А гадские мыслители кватроченто
Корчат ей рожи из глубин столетий,
Говорят ей: "Выбрось, девушка, колечко,
Зачем тебе колечко? Добродетелью украсься!"

Девица-красавица идет по дороге,
Идет по дороге и чуть не плачет,
Потому что у нее ТОЛСТАЯ ПОПА,
А С ТОЛСТОЮ ПОПОЙ НИКТО ЛЮБИТЬ НЕ БУДЕТ...

Девичье горе глубоко как море...
Т

Конгресс



Летняя ночь, соловьиная пора,
Угасает жара.
Улицы спят, провода слегка звенят,
Три часа до утра,
А в старом парке среди тополей
Чумные сидят доктора.

Старый Док непроницаем и умён,
Он загадочен, как древний фараон.
Его клюв по цвету - слоновая кость,
Что импортирует его страна (ола!).
Его время тянется, как смола,
Он редко выбирается из дупла,
Он далёк от добра, но не менее далёк ото зла.

Его глаза горят, словно пара углей,
Он ухмыляется и молчит.
Два ординарца курят среди ветвей,
Их трубки тлеют в ночи.

Пути Господни неисповедимы,
Предугадаешь их чёрта с два.
Москва, Флоренция, Лондон, Рим и
кажется, опять Москва...
Всемирный слёт чумных докторов в Москве.


Док через ветки глядит на Москву,
Он похож на гаргулью и на сову,
Он отличный диагност и отвратительный дипломат.
Старый ворон никогда не каркнет зря.
Ординарцы наливают по глотку вискаря,
Светофоры на дорогах тревожным жёлтым светом горят.

В жизни каждого чумного врача однажды
наступает горький урок,
Когда небеса замыкаются на замок.
И выход остается только один:
Объявить магистрату, что у них карантин
И их город закрыт на неопределённый срок.

Москва, Флоренция, Лондон, Рим и
кажется, опять...
...Всемирный слёт чумных докторов в Москве.


Молодые желторотые чумные врачи
Смотрят с жадностью на коллег.
Им ещё ни разу в жизни не случалось выходить
В эпидемиологический очаг.
А коллеги словно дразнят, словно в душу плюют,
Только курят, да молчат, да в три горла пьют,
И врачата обижаются: за что они с нами так?!.

Так проходит час, а за ним другой,
Доктора молчат.
Занимается рассвет над Москвой-рекой,
Поливалки мчат.
Что там можно разглядеть в городской пыли?
Наконец Старый Доктор говорит: "Пошли!"
Доктора поднимаются и молча идут в магистрат.
--------------

P.S.Какая иллюстрация!!! Вае!!!
иллюстрация

Спасибо, Ульяна Э!
Т

Лерочка и война

Оригинал взят у vespro в Лерочка
Ну, дорогие, Лерочку вы знаете.
У Леры муковисцидоз. То есть - все связанное со словом ДЫШАТЬ - это снова опять не про нас. ВДЫХАТЬ воздух весны, ВЗДЫХАТЬ по соседу по парте, просто ПЕРЕДОХНУТЬ - не получится.
Она снова почти не дышит. И кашляет так, что до крови.
Все это уже было, и отделение медгенетики РДКБ уже не раз вытаскивало нашу девочку из этой проруби без воздуха. Не было только одного - войны.
Лера происходит из Луганска.
Справедливости ради надо сказать, что и ДО того муковисцидоз в тех краях лечили на троечку с минусом, а теперь там точно никому не до девочки, которая не может дышать.

Лера.jpg

Лечение Леры и в прошлые разы стоило недешево. Теперь - кризис и война.
и импортные препараты, которые заменить нечем.

Счет нам за девочку выставили леденящий душу, но мы тут немножко посуетились...
Словом, нам надо 200 тысяч рэ. Столько стоит госпитализация.
Насчет лекарств суетится фонд "Кислород".

А у меня наступает Международная Женская Восьмая Марта.
Пожалуйста, поздравьте меня как международную трудящуюся женщину.
ВОЗДУХ, ВДОХ, ВЫДОХ - это лучшее, что можно подарить человеку.

На нашу встречу в "Абажуре" (в Малом Сухаревском) 6 марта в пятницу (начиная с 6 вечера) я принесу накопившиеся у меня акварельки, и с радостью продам тем, кто захочет их купить. Сделать из своих картин ВОЗДУХ для ребенка - это вершина для художника, я так думаю.

Все способы перевода, как всегда, тут: http://g-envelope.livejournal.com/profile
Перепост, как всегда, важен.

ОЧЕНЬ ВАС ЖДЕМ. Просто ждем - КАК ВОЗДУХА.



-------------


Слушайте, вот она, война... Чота как-то кажется, наша война - она такая. Помолитесь за Леру. А кто может - ну, может, получится их как-то вырвать. Хоть как-то что-то делать. Нельзя же, чтоб вообще ничего.
пиздець не дремлеть!

Баллада о Генрихе Железном Лягушонке

Когда Генрих родился на божий свет,
Он был такой же, как вся детвора.
Он учился ходить, говорить и любить –
И научился всему на ура.
Его мама лелеяла, папа берег,
Его рядили в парчу и шелка,
И он решил, что мир – нормальная штука,
И, конечно, свалял дурака.

И вот Генрих такой идет в детский сад,
Типа маленький полубог.
И в этом детском саду нет ничего такого,
Чего бы он сделать не смог,
И в школу пошел – не абы какую,
А как надо, по всем делам.
И в этой школе учился всегда на «отлично»,
Чего желаю и вам.

И вот в этой самой английской школе
Судьба и настигла его.
Он впервые влюбился – ну ладно, бывает, -
Но влюбился совсем не в того.
Он попытался хоть что-нибудь сделать с собой
И внутренне похолодел,
Потому что узнал про себя такое,
Чего узнавать не хотел.

После суток кошмара, слегка зеленый
Он пошел говорить с родней.
Мама, выслушав первые два-три слова,
Закрыла лицо рукой
И сказала, что быть того просто не может,
И не придумывай, чего нет!..
Но не бойся, сынок, психиатр поможет,
Он наш родственник и сосед.

Психиатр серьезно взялся за дело –
И за каких-то восемь недель
Генрих стал полноценной жалкой лягушкой
И пару раз мочился в постель,
Но вспомнив, что в детстве его учили
Улыбаться тем, кто в пруду,
Он пришел не к тому и сказал не то…
И был, конечно, отправлен по адресу, но
Его одноклассник хотел как лучше,
А Генрих решил: «Не пойду!»

Если много людей на одной территории,
Им всегда не хватает земли.
Одноклассник не то чтоб оказался свиньей,
Но шепоточки пошли.
В элитных школах не чистят рыла –
Есть возможности похитрей,
И через пару дней вся округа знала,
Как выглядит Генрих Гей.

Директриса намекала, что не хочет скандала
И предлагала поискать компромисс.
Компромисс означал – забирай документы
И куда пожелаешь катись.
Мать порыдала, отец покричал,
Скандал удалось замять,
Но Генрих уже до того охренел,
Что ему было просто плевать.

Он хотел было кинуться из окна,
Но оказался не совсем идиот.
Вокруг него довольно быстро выросла стена –
И он решил – да любись они в рот,
В его зеленой голове быстро слипся комок
Из фашистов, педагогов, врачей,
Он взял свое лягушачье сердце –
И забил его в пять обручей.

О, будь это сказкой – пришла бы принцесса
Отогрела, пожалела, спасла,
Но сказка от жизни отличается тем,
Что принцесса не подошла.
Мама долго надеялась на хэппи-энд
Ну, известно – на то и мать.
А у папы случился обширный инфаркт,
Папу тоже можно понять.

А Генрих Лягушка живет в пруду
Среди тины и сточных вод.
Он получил диплом – стал детским врачом,
Но, пожалуй, многовато пьет.
На работе он держится в стороне
От дней рождений, знакомств и речей.
Впрочем, плавать он не умеет тоже –
Мешают пять обручей.