Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

Т

Скорбные тайны.

Когда они схватили тебя,
Рядом не было никого,
А если б и были – не ты, но они
Нуждались в защите.
То, что было предрешено,
То, зачем ты сюда пришел,
Совершилось во мраке, среди олив,
Или днем , на улице, все равно,
Уже не уйти и не уклониться,
Alea jacta est. Чаша испита.

Когда они бичевали тебя,
Мерно свершая дневные труды,
Молчишь ты, кричишь ты – им дела нет,
Такая работа…
Когда они бичевали тебя,
И после, когда захлопнулась дверь, -
Они отправились по домам,
А ты остался – во тьме подыхать,
Ты был человеком, которого нет
Для этой субботы.

Когда глумились они над тобой,
Короновали терновым венцом,
Кричали «осанна», и били в лицо,
И встать заставляли,
Вся твоя гордость давно ушла,
Вся твоя слава стала ничем,
Ты был человеком среди зверей,
Или животным среди людей,
И те, кто должны отыскать тебя,
Тебя не искали.

Когда тебя вывели из тюрьмы,
По каменным улочкам, вверх и вверх,
И ржавый от крови присохший хитон,
И скованы руки…
Ты шел, спотыкался, потом упал,
Потом у тебя кто-то крест забрал,
Ненадолго – на выдохнуть и отдать,
И вдруг среди них ты увидел мать.
Она не плакала. Не могла.
…Какие же суки…

Когда тебя положили спиной
И руки прижали с обеих сторон
И боль взорвалась белым огнем
Еще до наркоза,
И крест вознесся как вертолет,
И кто-то кричит, и кто-то зовет,
И преисподняя жадно ждет,
И жало у смерти блестит во тьме…

...На пятой тайне ад отступил.
И хлынули слезы.
Т

двери

Валяюсь и вспоминаю все дома, где когда-то было по-разному. Про один дом, в котором среди призраков и смятых сигарет, докуренных до половины, жил ускользающий персонаж Достоевского, пропущенный через фильтр Михаила Кузмина (на самом деле - К. Ротикова). Про другой - который был похож на тёмный до диез, я там нечасто бывала. Про третий - помесь концлагеря и детской, мы там с друганом обои клеили. Про московский дом, похожий на электропрохладительную кислотную Нарнию - там живут мои друзья-нарнийцы. Про дом, который скрывается за розеткой лютни, полный музыкальных инструментов и усталости. Про дом, заросший изнутри невидимым виноградом. Про дом одного молодого чернокнижника, весь из книг, целебных растений, с тихим черным котом, отделенный от всего прочего мира тройной дверью с заклятиями... Из нашего, прежнего, дома помню витражный абажур с плодами. Продали его знакомой белке, когда убегали. Ради развлечения - после ломового рабочего дня - вспоминаю запахи каждого этого дома и еще полутора десятков других. Так и погуляли по разным мирам... У меня перед компом - всегда танец невылупившихся птенцов - тощее деревянное яйцо в подставке с проволочными птичьими лапами. А с другой стороны - Дешёвый Пьеро Вертинского. Спать надо, вот что!

Если очень крепко дунуть,
Можно ни о чем не думать.
Т

Моим друзьям, которые устали

Жизнь рычит и тычет рогом,
Как бессовестный нарвал.
Это все бы ничего бы,
Если б так не уставал,
Если б столько не старался,
Если б мозг не запылялся,
Если б просто шёл вдоль речки -
Просто песню напевал.

Потому что если просто
просто песенку поёшь,
Землянику собираешь
И по бережку идёшь,
И ни разу не замучен,
И нисколько не устал,
Жизнь играет, как карасик,
А совсем не как нарвал.

Не печалься, друг мой милый,
Мы однажды отдохнем.
Все дела в канаву бросим
И по речке поплывём,
Поплывём себе, плескаясь,
Меж высоких берегов,
Где на травушке зеленой
Смотрят в речку отрешенно
толпы всяческих врагов.

Напряженно и пристрастно
Созерцают водоём.
Вдруг - о радость! -
Мы плывём!

То-то будет им отрадно,
То-то будет торжество.
А мы плывём себе – и ладно,
Плещемся – и ничего!
Без забот – хотя бы разик!
С глупой песенкой простой!..
Жизнь играет, как карасик
С чешуёю золотой...

(рисунок: Ирина Петелина)

корабль - вечера
Т

Лишний человек на рандеву

Вот идешь ты пообедать, вот заходишь в ресторан,
На тебя официанты смотрят, будто ты баран,
Будто ты приперся голый, будто ты кота убил,
Так что даже и не знаешь, и чего бля заходил.

Или скажем – надо стричься - к парикмахеру идешь,
А тебя встречают, словно ты непрошеная вошь,
Он, конечно, парикмахер, он вообще людей стрижет,
Ну так то ж должны быть люди, а не всякий пошлый сброд.

Или вызовешь машину, чтобы ехать на вокзал,
А водитель корчит мину: мол, зачем меня позвал,
Он летал себе по трассе с ветром наперегонки,
А его, орла такого, отвлекли твои звонки.

Возникает сразу много восхитительных идей,
Например, пойти убиться, чтоб не отвлекать людей,
И одна лишь есть причина, чтоб не выпилить себя.
Там патологоанатом – и ему не до тебя...
Т

Барокко. Птичьи разговоры

Солнце затопило мой старый сад,
Вишни наливаются меж ветвей.
День и ночь в саду птицы говорят,
Утром – королек, ночью - соловей.
- Правда ли - одна из них говорит, -
Горы упадут и земля сгорит?
- Правда, правда, - щебет летит в ответ. -
- Мы с тобой спасемся, а люди - нет.
- Есть ли, есть ли кто, кроме нас ли кто,
Чтоб пощебетать над большим ничто?
- Нет, конечно, - с ветки летит опять. –
Кроме нас, кому и пощебетать?
- А зачем, зачем, а зачем тогда
Всякие селенья их, города?
Щебет безмятежен, как лета дни:
– Ни за чем они, ни за чем они!
Т

Гномы кошки Мурки

Есть котики-плакаты:
Две краски - и вперёд.
Есть котики-цукаты:
И сладко, а не мёд.
Есть котики-марфуши:
С утра они в делах.
А есть такие котики,
что лучше сразу нах...

***** ***** *****

Вот почему со мною
всегда бывает так?
Чуть наведешь порядок -
И хлоп - опять бардак!
Намоешь всю посуду -
и вновь ее гора.
Захочешь лечь пораньше -
глядишь - и пять утра.
Наверно что-то надо
Менять в себе, но как?
Ну как бы поменяла...
И хлоп - опять бардак!
Т

Agitato сalando

Кто вчера испек шарлотку,
В шубу нарядил селедку,
Свинской жопы натушил,
Гору лука покрошил,
Стер на терке три морковки,
Не убил кота шумовкой,
Притащил с базара ёлку
И набор крутых шаров
И собрался за сегодня
Сделать курьих пирогов,
Достругать ведро салата,
Ликвидировать бардак
И при этом не убиться,
ТОТ, наверное, ДУРАК!
Т

Элегия с аллегро в финале

Сидишь бывалоча страдаешь,
И слезы капают из глаз.
Ну почему же мы расстались,
А ведь была ж любовь у нас,
Ну как же мы… не сохранили…
Сожгли… испачкали в грязи…

Потом подумаешь немного.
Еще подумаешь немного…
Еще подумаешь немного…
И за шампанским в магазин!
Т

Маленькая ночная ебанада

Очень сильно устаёшь-ёшь-ёшь,
Хоть не куришь и не пьёшь-ёшь-ёшь,
Хоть не сеешь и не жнёшь,
И не вяжешь и не шьёшь,
А под вечер просто мрёшь-ёшь-ёшь...

А курила б и пила-ла-ла,
Вообще бы померла-ла-ла.
Ну а так - не померла.
Ла-ла-ла-ла ла-ла-ла.
...ла-ла-ла-ла...
...ла-ла-ла...
Пам-пам.
Т

Песня котовского сопротивления

Когда ложишься спать один _
Совсем один, вообще один,
И всей кровати господин,
И даже одеяла,
Лежишь себе, как царь какой,
Подушку тискаешь рукой,
и самой узкой простыни
тебе отнюдь не мало.

Но только главное: проверь,
Чтоб заперта была бы дверь,
И чтобы был закрыт балкон,
Иначе будет горе!
Коты в ночи к тебе придут,
Твою подушку отожмут,
Тебя на краешек столкнут,
как в ледяное море.

Не верь котам, не верь котам,
Не верь их мягким животам,
Не верь их жалобным глазам,
Гони их прочь с кровати.
Для них ты лох, для них ты – нет -
Не друг и не авторитет,
Не уступай свою постель
(и кресло тоже, кстати).

…Не верь котам, они обманут.
Они как легкий дым войдут,
На кресле шерсти клок оставят...
И одеялко отберут…