Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

Т

Ренессанс (песенка для дудочки и арфы)

…Похоронил прохожего.
Заработал конъюнктивит…
Старые кости, Боже мой.
К вечеру все болит.
Сын по делам отправится.
В дорогу собрали еду.


– Господин, приглядите за мальчиком!
– Папа! Я сам дойду!
– Товия! Что я слышу?
Это слова наглеца!
– Господин мой, пока мы в дороге,
Буду слушать вас как отца…

По каменистой дороге,
По раскаленным горам
Идет к судьбе своей Товия,
Которой не знает сам.

Идет, молодой и радостный,
Мурлычет под нос весело.
Солнце, счастье, свобода –
Надо ж как повезло!

В узкой речке плеснула рыба.
Луч дорогу позолотил.
По дороге шагает Товия
Под защитой незримых крыл.

товия и ангел
Т

Интервью

Только вот, если можно,
Давай посидим в той кафешке,
Что у всех на отшибе.
Но наши ее уважают.
Там не так уж и людно,
Да что там – и вовсе безлюдно,
И хозяйка для нас не держит
Железных вилок и ложек.

Белые мои, пестрые мои, черные мои, за мною!
В воду, в воду, за мною, добрые мои коровы!

Хочешь знать, не скучаю ли я
По оставленной вашей суше,
По тому, что у вас так часто
Называют «прошлой любовью»?
Почему я ушла от вас –
И уж тут ничего не исправишь?
Почему – это странный вопрос,
Если было сказано слово.

В этом доме все пахло горячею кровью мужчины.
Жаркой кровью, и доброй едой, и недобрым железом.
Мне непросто сказать, как пьянит, и манит, и пугает
Золотое свеченье любви через запах железа.
Люди думали – я сумасшедшая, хоть и безвредна.
А священник венчал нас – и он-то доподлинно ведал,
Впрочем, он приходил до того – сохрани его Боже,
Убеждал, что не надобно так, говорил, что негоже.
Он крестил меня ночью, озерной водой, за овином.
Я должна была вскоре стать матерью нашему сыну.
И когда я уйду, я уйду не обычной тропою.
Из-за этого многие здесь не хотят быть со мною…

Белые мои, пестрые мои, черные мои, за мною!
В воду, в воду, за мною, добрые мои коровы!

Ты приходишь ко мне говорить -
Говори, или можешь послушать.
Я была для них заповедной,
Как лилия в лодке,
Как осетр в хрустальных водах,
Как жемчужина втайне,
А потом – то же самое, только чудовище в тине.
Он на берег ко мне не пришел,
С тростниковою флейтой.
Только дети пришли –
Я к ним вышла, всегда выходила.
Приносила им жемчуга,
Девочку грудью кормила.
Помню, осень. Тяжелые рыбы
На дно уходили устало.
Я ждала по ночам эту музыку.
Долго. Потом перестала.

Белые мои, пестрые мои, черные мои, за мною!
В воду, в воду, за мною, добрые мои коровы!

Здесь не так – все сменилось,
Деревни и дома давно уже нету,
Санаторий построен –
Весь берег в дощатых купальнях,
Ты приходишь сюда,
Принесла мне лепешку и сыра,
И глаза у тебя чуть косят – не его ли ты крови?
Видишь, листья плывут по воде –
Красно-желтые листья,
Станут бурыми там, в глубине,
Под холодною толщей.
Мне не хочется больше сюда,
Не ходи ко мне больше.
Пусть я буду по-прежнему –
Только чудовищем в тине,
До поры, пока Бог не коснется меня белым пальцем,
Я отправлюсь к Нему,
Он метнет меня в небо удою...

Потому что во мне, словно крюк, –
Это сердце живое…
Т

Хэлек, IM

Если тебе наливают, то пей,
Если кормят – то ешь, не расстраивай Бога.
Если тебе говорят: «Пошли»,
Говори: «Отвали, вас и так слишком много».
Если тебе говорят: «Играй»,
То играй не персоне, а граду и миру,
Если чего обронил – подбирай,
Если не можешь подобрать – транспонируй.

Иногда между туч люди видят окно,
А в окне силуэт знакомый мерцает.
Музыкант всегда попадает в рай.
Ну кто-нибудь, может, не попадает.

А мой друг-музыкант, он в натуре был крут,
Он отбрасывал за спину длинную косу
И лабал на своей потрясающей арфе.
И струнам его прямо не было сносу,
Он играл так азартно, как будто за ним
Постоянно гнались красноухие суки.
Он однажды всю ночь на моих глазах
Пролабал, не испортив ни голос, ни руки

Говорят, иногда открывается дверь,
А за нею яркий огонь пылает.
Музыкант всегда попадает в рай,
Ну, может, сразу не все попадают.

Ты не печалься, мы все не умрем,
Мы просто окажемся там, у двери
В клуб, куда вход стоит ровно мильон,
Или два медяка, в общем, судя по вере,
Нас спросят: Кто вы? Зачем вы тут?
Но кто-то, кого мы пока не знаем,
Махнет нам рукою, мол, пусть войдут,
Они сегодня у нас играют.

И когда в небесах распахнется дверь,
Знай, там всюду наши, мы их обнимем.
Музыкант всегда попадает в рай.
Ведь музыка – еще одно Божье имя!..

хэлек_арфа
Т

Небеседа

Мне было с тобой хорошо, душа моя,
А тебе со мной плохо.
Ты грустно смотрела в окошко, душа моя,
А мне было похуй.
Ты плакала ночи и дни напролет, душа моя,
ревела, скулила,
Пусти, говорила, пусти, говорила, пусти меня,
Уйду, говорила.

А мне с тобой рядом, душа моя, хорошо,
Так остро и горько,
Как будто за окнами ангел незримый прошел
На утренней зорьке,
Как будто бы море шумит за моим за окном,
Сирень расцветает,
Как будто бы птица морская над головой
Летает, летает…

Когда ты покинешь меня, о душа моя,
Когда ты покинешь,
Когда ты тяжелое тело мое с себя
Решительно скинешь,
Когда убежишь по серебряной нитке туда,
Куда тебе надо,
Я буду лежать неподъемною тушей в углу,
Такая досада.

А все же мне было с тобой хорошо, душа моя,
И сейчас хорошо мне,
Ты плачешь, и просишься в окна, и бьешься в стекло, душа моя,
Сколь я тебя помню,
А я приношу виноград или кофе варю,
И сижу, напевая.
Вот так и живем мы, вот так и живем мы, вот так и живем
Себе поживаем…
Т

11.08.18 - базар коллекционеров в Варне

В Варне сегодня праздник - ежегодный всеболгарский блошиный рынок. Краткий, маленький, с 7 утра по 12 дня - к 12 уже все расходятся. Бетонный пятачок перед "Морским казино" уставлен рядами столов, столиков, табуреток, а то и просто на земле раскинуто - и все, что угодно для души, от ручек "паркер" (с золотым пером, чо!) - и до коровьих колокольцев. В отличие от Уделки, можно встретить и стопку старых открыток с Гитлером, и бесчисленное количество реплик римских монет, должной степени потертости. Ветер с моря, вороха янтаря - и бусами, и так, медные, нечищенные джезвы и котелки, люди ходят и неторопливо прицениваются, коллекционеры диспутируют над столиками с марками и офицерскими кортиками - для них это прямо форум. Очень много всякого католического стаффа - в основном, французского: медальончики, розарии, брелоки... Сердце мое возрыдало, когда я увидела сервиз ЛФЗ - кобальтовая сетка, как он тут очутился?

Столкнулись на ярмарке с Альфией Кирчевой и юной Катрин, а вот Алену, увы, не увидела... Потом сидели в морской кофейне, хвастались сокровищами: браслет старинного муранского стекла, еще наборный, серебряный крестик (у А.), латунный презвонкий колокольчик на шею Синему Зайцу (у К.), а у меня - набор дурака: карманный нож (швейцарский, но старый и потрепанный, оттого втрое дешевле, чем у других, - и вдесятеро, чем в магазине), серебряные медальоны с Жанной д'Арк и Лурдской Девой на обороте, и с Парижской Девой, и со святым Ульрихом (как было не взять!), пепельница - мельхиоровая ракушка (две за 4 лева, ну тут уж простите, пилигримов бывших не бывает). А еще - губную гармошку, махонькую, но чистейшую и "раздутую", "хонер", если совпадем по тональности, то можно будет ее в "поезд" записать, а если не совпадем - то еще куда-то пригодится...

Святой Ульрих, добрый епископ, в руках держит рыбу. Это потому, что однажды враги ему в пятницу обманом на трапезу подсунули мясо, но Господь не попустил такого кощунства - и се мясо на тарелке превратилось в рыбу!

М. Каменкович приводит другое бытование этой легенды: "Однажды. рассказывает легенда, св. Ульрих с неким благочестивым собеседником так засиделись за вечерней четверговой трапезой, что явившийся утром к Ульриху императорский гонец застал их еще за столом, и святой одарил посланника куском мяса со стола. Посланник, недолюбливавший Ульриха, воспользовался случаем ввести святого в немилость императора: вот, дескать, этот якобы святой вкушает мясо в пяток! (В те времена пост в пятницу соблюдался и в римской церкви неукоснительно). Однако когда посланник развернул дар св. Ульриха, все увидели, что мясо превратилось в рыбу, – так Бог защитил Своего служителя от навета неблагодарного гонца".

Все одно - дивен Господь в чудесах Своих. Святой Ульрих, молись о нас!

Вот такие дела) Жаль, что раз в год...
Т

День святого Патрика!

^85D6CCDE5F9F766A3FED41F71AF3349D835288545D11A3DE93^pimgpsh_fullsize_distr

Выкладываем на сайт песню, которую записали только вчера - ночью Кипер дописывал электрогитару и сводил все воедино.

«Прасенцы» из Варны поздравляют всех! Да обережет и благословит вас всех святой Патрик и святой Одран, колесничий его. Да будет день ваш благ, ночь ваша легка, сон сладок, слово прямо, а радость постоянна. И возложите на Господа заботы свои, чтобы Он поддержал вас!
Т

Св. Трифон Зарезан

Ну и так - чуть-чуть о Трифоне, которого празднуют по всей Болгарии. То есть в моллах, кафешках и магазинах - сердечки, be my Valentaine, все дела, а сами болгаре по большей части такие: "Нет! Это не наш праздник! Трифон Зарезан - вот праздник!" Трифона празднуют практически неделю - и все это время от души пируют, пьют и веселятся (ну и работают, конечно, тут как-то не принято из-за праздников на неделю останавливать производство). Так как страна аграрная - и виноградников тут премного, Трифон Зарезан - святой очень почитаемый. В некоторых церквях святого Трифона изображают как виноградаря с ножом-секатором для обрезки лоз в руке. В эти дни подрезают лозы, чтоб они шли в рост и обильно плодоносили. Февраль, кстати, месяц не то чтобы очень зимний - примерно +5 средняя температура, подснежники вылезают и всякя красота. Ну и лозы постепенно просыпаются. В этот день принято срезать несколько пруточков с лоз - и нести их домой с виноградников, и дарить друг друга вином и хлебом.

История, связанная с Трифоном, прекрасна целиком и полностью. Когда минули положенные 40 дней от Рождества, Дева Мария утром встала, умылась, причесалась, взяла Младенца на руки и пошла в церковь - помолиться и очиститься. Но чуть сбилась со счета - и вышла днем раньше. На дороге ей встретился святой Трифон-виноградарь - и ну над ней смеяться. Куда, спрашивает понесла свое отродье? Где, спрашивает, отец ребеночка? Так, смеясь, и пошел к себе на виноградник, сухие лозы обрезать. Богородице стало горько, что так ее оскорбили, и повернула она обратно, а в церковь не пошла. Проходя мимо дома, где жили св. Трифон с сестрой, позвала она сестрицу Трифонову и говорит: иди, подруга, на виноградник, захвати с собой соль и тряпки, у Трифона... эээ... проблемы. Он там порезался своим ножом... кажется... Сестра прибежала - видит, и в самом деле Трифон вместо сухих лоз отхватил себе нос, весь виноградник кровью залит, лозы в крови. Сестра ему рассказала, что ее сюда послала Дева Мария, велела лекарства и бинты с собой взять. Тут и Трифон понял, что сам на себя беду навлек, раскаивается: это мне, говорит, за мои дурацкие шутки над теткой Марией...

А Святая Дева бросила Дитя, плачет, смотреть на Него не желает - от такой обиды. Стали к Ней приходить все звери лесные и птицы небесные, уговаривать, убеждали, что нечего всяких дураков слушать, а надо Младенца пожалеть. Нет - и все тут. Наконец пришла старая хромая Жаба с Жабенком - и тоже просит-умоляет, за Христа-Младенца сердцем скорбит. И жабе Дева отказала. Ну что ж, говорит Жаба Жабёнку, пойдем, мой красавчик ("хубче"), пойдем, мой хороший, моя радость, ничего мы тут с тобой не сделаем. А Мария смотрит на Жабенка и думает: вот ведь какой горбатенький, кривоногий, гадкий - а мать-жаба его зовет "хубче", на спину сажает, потому что идти далеко, ей его жалко. А мое-то дитя - "едната хубост" сплошная красота, неужто я его брошу из-за людских слов.. Нет, не брошу. Пожалею! И взяла Младенца на руки, покормила, а на следующий день пошла в церковь в урочный день, как надо.
_______

Вот еще отличная приказка, про вино и лук.
Вино встречает Лук и говорит:
- Доброе утро, воняшка!
А Лук Вину отвечает:
- Дай те боже, пьяная рожа (Лук Вину говорит: "Дал ти Господ добро, пустикукя" убейте меня словарём, если мне удалось эту пустикукю найти, но общее значение, судя по всему, - "пьянчуга, отстой, идиотина")
Вино как-то погрустнело... Вечером встречаются они снова. Вино говорит Луку:
- Добрый вечер, Сироты Пропитание!
А Лук Вину:
- Дай те боже, Кровь Христова...
Т

О костях и танцполе

Году в 2014 довелось мне участвовать в святом деле в святом месте, а именно - работать в команде подготовки интерактивной выставки "моя история. Романовы". Ну там помните - народ ломился в "Манеж", чтоб посмотреть на красивые инсталляции и световые панно с главными Романовскими событиями. Все, разумеется, подавалось в предельно корректном виде - "единственные союзники России - ̶б̶р̶и̶л̶ь̶я̶н̶т̶ы̶ ̶и̶ ̶н̶е̶ф̶т̶ь̶ армия и флот", "Русь Святая, храни веру Православную", "одна страна, один бог, один царь" и все такое. Декабристы - западные наймиты и масоны, крестьяне лобызают, царь-батюшка и т. д. и т. п. Башляли на это дело не так чтоб слишком щедро, но все-таки цветопробы на фотобумаге печатали. Опекал это богоугодное позорище Патриарший совет по культуре - и лично тов. Тихон "святоша-несвятоша" Шевкунов. Не сам, ясное дело, а через своих помощников. В штате были редакторы, бильды, верстаки и пара уважаемых историков. От меня, грешного католика (я не афишироваль, только когда водосвятие ноутов проводили, не пошла крест и ручку целовать), требовалось вычитывать все на предмет всравшихся опечаток и иногда выполнять спецзадания редакторов типа сократить неудобьчитаемую простыню до размеров кратенькой статейки, не теряя смысла и т. д. Кормили всех желающих, яко трудников, в монастырской столовке. Пускали туда только в косыночке, идти надо было по прекрасному осеннему парку, полному томной московской благости.Там я впервые узнала, что перловка с вареным минтаем - это не только для котиков еда, а луковицу режут на восемь частей - и это типа салат. Но компот был вкусный, хлеба вволю, и перловки - хоть две порции бери.

Популярнейшей фишкой выставки были следующие полотна: портрет кого-нибудь славного, а к оному портрету даты жизни и цитата. Славные были высокой степени узнаваемости, цитаты - от гордых высказываний до дневниковых выдержек, но все подобрано с бездной вкуса, понимания момента и примерного исторического соответствия. И вот однажды получаю я очередную распечаточку, а там... Иоанн Шанхайский, весь такой типичный, и к нему цитата. Общий смысл которой, что в Ипатьевском доме поганые каббалистические жиды батюшку-царя умучили в ритуальных целях, о чем прямо и написали царственной кровью на дырявой стене - и дальше конкретные слова. Нет, не «Helter Skelter». И не про царя Валтасара - из Гейне (матерь божья, да кто там в расстрельной команде этого Гейне читал, не то что писал!!!). Но что-то типа "мы, поганые жиды, не можем себе позволить, чтоб нашему сионистскому замыслу мешал этот чистый праведник". Вот прямо так, желтоватым по бордовому, 8 кегль, меленько, но едко. Я натурально даюсь ёбу, несу этот листочек, взяв брезгливо за уголок, к нашему историческому консультанту, Александру Леонидовичу Мясникову, и кратко у него осведомляюсь: ̶к̶а̶к̶о̶г̶о̶ ̶х̶у̶я̶ неужели и вправду ̶в̶с̶е̶ ̶о̶н̶и̶ ̶е̶б̶а̶н̶у̶л̶и̶с̶ь̶ ̶ш̶т̶о̶л̶е̶ в открытом доступе на публичном мероприятии будет свисать ̶э̶т̶а̶ ̶с̶т̶ы̶д̶н̶а̶я̶ ̶е̶б̶а̶н̶и̶н̶а̶ столь явный кровавый навет? А. Л Мясников ̶а̶х̶у̶е̶в̶а̶е̶т̶ выражает степень крайнего удивления - и мы вместе идем к нашему главному по тарелочкам с тем же вопросом. Главный по тарелочкам мужик хороший. И он мнется, кряхтит, давится - и наконец высказывается в том духе, что так-то оно так, но вообще-то... батюшка точно такое ведь говорил где-то. Я шарю по Инету и указываю, что батюшка топил за покаяние и "кровь его на нас и детях наших, а про #вотэтовотвсе никаких прямых цитат, только выдержка из какой-то мутной антисемитской книжки, так что эээ.. А не подадут ли на выставку в суд за разжигание и все дела? А. Л. Мясников тоже дает историческую консультацию, что дело ясное, что дело темное, но вообще-то как-то оно не так все было. Не было однозначно и документально подтвержденных надписей, а ежели что кому примстилось, то... И раз так, то... может быть... другую цитату, более проверенную...

В общем, цитату тогда на выставку не повесили. Мы с Мясниковым очень против выступили - а время было такое, что почему-то никто на нас не прикрикнул. Хотя дали понять, что все цитатки тут не просто так, а лично тов. Шевкуновым подбирались - и значит, он-то не усомнился, он-то своим святым авторитетом - только за, а вы тут... ну ладно, хрен с вами, уберем, а то, может, и впрямь вони потом не оберешься... Мы потом еще с нашим голубоглазым куратором в ряске имели копьеломательство за этую цитатку. И в общем, там был вполне такой иррациональный животный антисемитизм, внезапно блеснувший из-под нестеровского дьячкового вида. На следующие выставки они взяли другого корректора, да я думаю, что и слава Богу, там чем дальше тем больше уже коричневое из-под сусального золота просвечивало.

В общем,так скажу: это было в 2014. А в 2017 уже никаких вопросов нет. А в 2018 глядишь - и ответы появятся
Т

Потриарх! ПОДОЖДИ! ПОДУМОЙ!

Не, друзья. Патриарх Кирилл призвал сплотиться, чтобы не допустить второго пришествия Христа
Такое обращение предстоятель РПЦ сделал в свой день рождения.
Это самая уморительная новость сегодняшнего дня для меня. То есть это такая ржака, что я уже и не знаю. Предстоятель церкви предлагает «затормозить наше сползание в бездну окончания истории». Патриарх намерен отсрочить Второе пришествие!!! "Итак, когда придет хозяин виноградника, что сделает он с этими виноградарями? Говорят Ему: злодеев сих предаст злой смерти, а виноградник отдаст другим виноградарям, которые будут отдавать ему плоды во времена свои". Ну... хотя бы можно сказать, что он, очевидно, верующий человек. То есть знают дрозды, что получат... Веруют и трепещут дрозды...
---------
И экземплум. На детской мессе в Луи обычно детки выходят на прошениях - и говорят, у кого какое желание, чтоб за него помолились всей церковью. Большинство желаний стереотипные, но вполне понятные: "Хочу, чтоб мама всегда была здорова. Тебя просим!" "Хочу, чтоб все бедные были сыты и одеты, Тебя просим!" - церковь отзывается "Господи, услышь нас", все довольны. А тут Адвент. Читают Откровения, ясное дело. И вот, наслушавшись про этое самое окончание света, юный Матвей (лет семи, кажется) выходит и брякает: "Господи, сделай, чтобы Апокалипсис не наступил!" Возникает неловкая пауза. Ребенок понимает, что что-то пошло не так, и в напряженной тишине добавляет, чтоб спасти положение: "Тебя просим"... Отец Фернандо смотрит на дитя и на полном серьезе объясняет Матюхе, что это никак невозможно. Потому что иначе не будет Второго Пришествия - и всего, что с ним связано, а это, согласись, не айс абсолютно. А что мы можем - так это быть готовыми, мужаться и ждать Его как драгого гостя и друга. Падре Фернандо - отличный священник, он как-то подобрал слова, чтоб все было понятно и не обидно. Матюх согласился с доводами, снял запрос и попросил у Господа что-то другое - ну обычное детское. Но показательно ж!

Интернте, сука бессердечная, уже отозвался!

не пройдеш_n
Т

Иерусалимский синдром

Старый Иньиго потом вспоминал,
Когда балансировал между
Последнею ночью и мутною явью,
Как перед ним показался причал
Убогой, выжженной солнцем, обыденной Яффы.

Да что там причал –
Не было там никакого причала.
Лишь по морю лодки качались
Для тех, кто рвался на сушу…
И старый Иньиго, тогда молодой,
Решил, что Господь
Благословил его душу.

Море было не просто соленым,
Оно обжигало глаза,
Пробелило солью рубаху.
В эти пенно-зеленые волны
Иньиго монетку забросил с размаху.
Хотел и сам туда прыгнуть,
Не разрешили свои...

А потом на верблюдах качаясь,
Почти умирая от дикого зноя,
Он мечтал о воде, о глотке…
А верблюды шагали по двое, по трое,
По белым камням, бесконечным камням,
По пескам, где качаются травы…
И вечные горы, и солнце над ними,
Лишь горы – и слева, и справа,
А где же Святая земля
Между этих камней и песков раскаленных…

Иньиго так много узнал о Господней любви,
Что и сам был больной и влюбленный.

Они иногда заходили в селенья,
Чтоб дать их верблюдам напиться.
Пески шелестели: Ершалаим.
Джерусалем – плескалась в колодце водица.

Кругом голосили четырнадцать тысяч каких-то
Блажных сарацинских базаров.
Иньиго лежал на камнях, истекая
Любовью, безумьем и жаром.

Я принимаю свое новое имя,
Я лежу под небом Твоим,
На Твоей деснице,
Я знаю: увидеть Иерусалим
Невозможно, чтоб навсегда
Не измениться.
Ты вел меня, Господи, Боже дорог,
По тысяче троп, ни одна не минула мимо.
Подари же мне, Господи, милость Свою.
Не дай умереть, не увидев Иерусалима…

Ночами в распадке
Томительно плакал шакал,
Вздыхали верблюды.
Иньиго слова для молитвы уже не искал
И ждал своё чудо –
И жаркий ветер пустыни
псалмом ему прозвучал
Над дикой землею Иуды.

Когда же убогий отряд их добрел наконец
До Горнего града,
И светлые стены - как царский высокий венец -
Уже были рядом,
Иньиго упал на колени, не в силах войти,
И целовал эти плиты.
Все помышленья его, все земные пути
Здесь были в единое слиты.

Град, что на солнце горел добела-золотыми камнями,
С черной межзвездною тьмой,
Что взрывается между домами,
Узкий след, отпечаток руки на стене у крохотной двери.

Господи.
Помоги моему неверью…
Неужели все это было со мной,
Неужели случилось,
Неужели я вижу все это –
И сердце во мне не разбилось,
Не остановилось?

Проводник окликнул его –
Тот поднялся, слепой, не слыша ни слова,
Не понимая еще, что совершилось над ним…

Я вернусь к воротам твоим.
Я приду к тебе снова…
Я не умру.
Я увижу Иерусалим…
----------------------------