Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

Т

(no subject)

Вчера, совершенно внезапно,
Ощупывая пространство,
Я замечаю, что в комнате
Стало ужасно мало
Пустого обычного места.
Всю ночь какие-то вздохи,
Переминанья, сопенье…
Шкаф подвинут, а табуретка
Внезапно стоптана в щепки.
Но я ничего не вижу.
Кроме того, что в доме
Стало ужасно тесно.
Я ничего не вижу.
Я просто рукой натыкаюсь
На что-то такое огромное,
Про что и думать не хочется,
Про непрошенное, постороннее,
Про то, что влезло, и требует,
И вылезать не намерено…

Ну да. Соглашусь с метафорой.
В моей комнате, кажется, слон.
Пожалуйста, не называй его.
Пусть остается слоном -
С ушами, бивнями, хоботом -
морщинистою стеной.

Со слоником как-то уютнее,
Чем с тем, что теперь со мной...
Т

Desamor

Допустим, посторонний человек.
обычный посторонний человек.
Гуляете вы по одним тропинкам,
но это посторонний человек.
Тебе не есть с ним вместе и не пить,
детей не зачинать и не крестить,
Он просто ходит по твоим тропинкам,
А думает, что ходит по своим.
А думает, что осень, например,
что нынче осень на такой манер,
что ветрено, что хлеба в доме нету,
что жизнь идет вразнос и как-то зря,
и что он ходит по моей тропинке,
как будто больше нет других дорог.

А над обоими предвестья ноября,
и завтрашние серые снежинки.
И над обоими грустит осенний бог.
Т

Ноктюрн

Вспять - или, может, куда еще,
Ветер проносится над землёй,
Белая бабочка бьет в стекло.
Ночь наклоняется надо мной,
Море вздыхает в мокрый песок,
Небо наполнено - жди дождей,
Так непохоже, как мы живём
На то, как принято у людей,
Только туман, что встает, встает,
Белая бабочка в стекла бьёт
Узким ночным крылом
Т

Новое барокко

Есть люди, которых мне надо любить,
а я их терпеть не могу.
Есть люди, которых мне надо забыть,
а я к ним по небу бегу.
Есть люди, которых мне надо узнать,
а словно знакомы сто лет.
Есть люди, которые любят летать,
есть люди - которые нет.
Есть люди, которые очень нужны,
И люди, которые так.
И только для смерти все люди равны.
Вот так. Тик-так. Тик-так.
download (3)
и нафига?

El fin de semana

Если б я мог…
Если б я только мог у тебя попросить
Позволить мне взять и приехать.
Просто рядом с тобой побыть,
Не показываясь на глаза
(Или показываясь на глаза)....
Ну так, на конец недели.
Да ладно тебе. Я же знаю, что значит нельзя.

Доктор ложится спать.
Завтра новое утро, работа,
День будет снова полон и зол.
Доктор снимает рубашку
И элегантные брюки
И вешает их на стул.
Наверное, так придворный какой-нибудь врач,
Возвращаясь от королевы, снимает парадный камзол…
Но знай я, что ты мне приснишься,
Я б как есть упал и уснул.

У ученых людей другие привычки.
Учёные люди живут по-другому.
Они, например, если очень скучают,
Не напиваются в одиночку.
А пишут письма и жгут их на свечке.
Наверное, им от того легчает.
Да ты же и сам ученый теперь,
доктор Рамон Морено!

Меня так часто - примерно,
прикинь, раз пять за неделю -
Спрашивают: не женат ли доктор?
Я говорю: обручён.
Невеста при папе и маме,
Свадьба будет позже, в апреле.
Интересно, хоть кто-то из интересантов
Услышал занятную правду,
Что доктор-то обречён.

Обречён на тоску по дому,
На любовь, что поёт, как птица
В накрепко запертой клетке
Между рёбер. Притом не моих.../
Иногда я грежу, что все мы
Соберемся у океана
И будем просто валяться в песке,
Слушать его неумолчный ропот,
Пить по очереди из одной бутылки…
Вот это я, блин, размечтался,
Чтоб сразу всех пятерых!

Я не такой, как вы, я поплоше.
У меня в шкафу есть ром и есть кола,
Я в субботу мешаю себе “кубу либре”
Сыплю лед в хайбол, из лайма капает сок.
Я говорю: добрый вечер, ребята,
В небе и в море, в горах и в пустыне,
Я люблю вас, такая смешная шутка,
И за каждого поименно - один глоток.

Океан гудит и волны швыряет,
Мне вас отчаянно не хватает,
Я знаю, что это не очень-то можно,
Хотя, безусловно, не запрещено.
Всю неделю приём, ожиданье, работа,
Но суббота - она же на то и суббота,
И хотя иудей из меня ни к чёрту,
Я чту, как умею, её всё равно.

У военных людей - другие законы,
Иерархия, верность и дисциплина,
Они и собранны, и спокойны,
Возьми хоть… ну ладно, давай без имён.
Я не военный, ну то есть военный,
Но не армейский, а чисто штатский,
И скучаю ну прямо вообще не по-братски.
Ну если всё-таки будет можно,
Приходи ко мне. Ну хотя бы в сон.

Доктор крутит стакан в руке.
Океан грызёт берега вдалеке.
Синий - красный - чуть золотой -
Серый с глубокой - крестом - звездой,
Переливчатый голубой….
Храни вас Господь и Пречистая Дева.
Зелёный. Всё в норме. Люблю. Отбой.
Т

(no subject)

Как мне удалось влипнуть, я расскажу только вкратце. Дела обстояли примерно так: в феврале прилететь в Питер, сдать паспорт в фирму «Павега-тур», которая делает всякие визы в Финляндию, заплатить деняк и получить квиточек, что паспорт вам вернут 19 марта. А потом – буквально за неделю пришел Царь Ковид – и сперва закрылось финское консульство, потом – фирма, а потом и прежний мир. Молодой человек из фирмы успел только крикнуть, что мы встретимся в середине апреля, обязательно, верьте… и пропал в треске и шорохе эфира. А я, стало быть, без заграна и инфы, жду обещанной середины апреля и занимаюсь буквально всем. А вот как получилось вылипнуть.

Collapse )
Т

Время чая

Мы сидели мирно,
чай с вареньем пили.
Вдруг пиздец и грохот,
тучи едкой пыли.
Вся наша компашка
к окнам подскочила,
а по граду едет
гуннов царь Аттила.
Раз-два - и нету Рима,
вместо Рима Хиросима.
Вот тебе и попили чайку.

Улеглось-умялось,
выдохнули-дышим.
Шторы отстирались,
голуби по крышам,
Мы, беды не чая,
сели выпить чая,
глядь - а за окошком
прежний мир меняют, гады,
Трах-бах-напряженье,
все горит и нет спасенья,
вот тебе и попили чайку.

Мы достали чашки,
пряники и сушки,
дверь припёрли шкафом,
в окна - по подушке.
Мир себе как хочет,
Мир себе как знает,
а мы будем чай пить,
нынче время чая.

Ни воры в законе,
ни вожди на троне,
ни поганый вирус
в пакостной короне, -
пусть они хоть лопнут,
пусть они хоть треснут,
а у нас по плану
нынче чай воскресный.

Не снимайте абажур, не спускайте знамя.
Мы садимся пить свой чай, оставайтесь с нами,
основной закон чертей - радость уничтожить.
Но пока мы пьем свой чай, хрен им кто поможет.
Одержимолость цветет, лютик свирепеет,
их гребучий огород что ни час, то злее,
а у нас тут иван-чай, мята и ромашка,
роза чайная цветет золотом на чашке...

Держим оборону -
и осанна в вышних.
Мёд, имбирь, лимоны
да ватрушка с вишней,
и друзей любимых
с радостью встречаем.
Это будет наше.
Наше время чая.

12.03.2020
Т

Простая песня о главном для моих друзей

Друг мой, это же не тайна, что ты одинок,
что душой ты - кроткий голубь, сердцем нежен как цветок,
что бывают на свете простые слова,
Но ты не знаешь, как осмелиться.

ты собираешься с духом, твердо смотришь в упор,
и вдруг бледнеешь и не можешь продолжать разговор,
а я скажу тебе: пора, это время пришло
и дело вовсе не безделица.

Начни уверенно: я знаю, что все мы умрем,
что пандемия, как вода, проникает в наш дом,
так вот, пока еще мы вместе, пока я живой,
прибавь мне зарплату, начальник!

Я не прошу миллионов, да у нас их и нет,
но мне её не повышали десять гребаных лет,
и я не выжига, не скряга, не транжир и не мот,
а просто жизнь проходит мимо - и скоро вовсе пройдет,
так вот пока она не скрылась за последний поворот,
прибавь мне зарплату, начальник!

И еще скажи, что ты одержим одной мечтой,
и коль тебе не откажут в твоей просьбе простой,
Ты просто купишь укулеле и научишься играть,
а с песней звонкой и веселой будет легче умирать,
Так прибавь мне зарплату, начальник!

Да, у гитары шесть струн, у скрипки нету ладов,
а замутить с контрабасом ты пока что не готов,
а укулеле так доверчиво ластится к рукам,
и ты внезапно понимаешь: я ее не отдам,
Оно мне будет за сестру, за кота и за брата,
и лишь одно нас разделяет - моя смешная зарплата,
так прибавь мне зарплату, начальник!

Я знаю, эти слова родятся в сердце не вдруг,
но награда за решимость - струнный маленький друг,
и если просьбу твою поднимут люди на смех,
для своего укулеле ты навсегда лучше всех,
а значит, смело заходи на уку-леле точка ру,
выбирай инструмент и погружайся в игру,
и пока все скупают гречку, словно разом одурели,
Купи же себе укулеле!

Ты пойдешь из магазина, неся его у груди,
и укулеле прозвенит, что все еще впереди,
что будет лето, и Гаваи, а не будет Гавай,
то не все ль тебе равно, ты типа главное - играй,
теперь ты больше не один, ты с укулеле вдвоем,
а что начальник твой мудак, так фиг с ним, мудаком,
ведь ты играешь как бог, такой дурацкий глупый бог,
и ты теперь всегда при деле!
Укулелисту не нужна ни зарплата, ни жена,
а лишь одно укулеле...
(и ещё) одно укулеле.
(и ещё) другое укулеле,
и еще одно - которое пришлют буквально через неделю...

Так прибавь мне зарплату, начальник!
прибавь мне зарплату, начальник!
прибавь мне зарплату, начальник!
Я куплю укулеле!
(17.03.2020)
Т

Домашнее

Я знаю в чем спасенье нации.
Когда наступит черный год,
Нас всех научат гибернации,
И государство процветёт.

Лежит себе и гибернирует
Народ глубинный из глубин
Свалить втихую не планирует
И не бунтует, сукин сын.

Ни пенсий им, ни индексации,
Платить зарплаты ни к чему,
И только псы зубами клацают
И воют на пустую тьму.

А мы, простые и неброские,
уютно спим в родной земле.
И колыбельную Островского
Звенят куранты на Кремле...
Т

(no subject)

Мне легко было поверить, что Ты есть. Ну как поверить... Тут достаточно глаза открыть и не закрывать. Слишком много надо допущений и натяжек, чтобы исхитриться описать мир, не привлекая Тебя к делу, вынося Тебя за скобки. А раз Ты есть - почти не стал вопрос о том, чтобы поверить в Твое воскресение. Ну да. Был мертв. Потом вернулся. Живым. Так бывает. Да, Господи, мне и в воду, превращенную в вино, поверить было легко: мы сами сколько раз чистой водой надирались до полного веселия и песнопений в радости. И отличное было - получше "трех топоров" и плодово-ягодного. А главное - с утра похмелья никакого. Так что с этим-то нет вопросов. Поверив в Тебя, не составляло никакого труда поверить, что ты не палач и не каратель, каким Тебя хотели бы видеть мои знакомые палачи и каратели всех видов. И не морализатор-методист, каким тебя хотелось бы видеть морализаторам и методистам. Кстати, многие из них - прекрасные человеки, там, в сердце своем. А некоторые едят людей.

Сложнее всего - прямо безумно сложно - было поверить в то, что я Тебе не похер. Что Ты меня любишь. Поверить - чтоб серьезно, на всю голову. И что Ты меня не бросишь. Я думаю, что мне бы и не удалось, если б не Ты. А потом еще возвращаться и постоянно проверять. Оглядываться. Точно? Я типа все правильно понимаю? Ты? Меня? Любишь? На самом деле? И каждый раз Ты говорил: да. Конечно, да. Именно тебя. А их всех? Да. И их всех. Каждого, но что тебе до того. Я и кошек люблю. Кошек-то легко, Господи, их все любят, это понятно, а меня-то, со мной-то как? Вот ведь ты зануда, смеялся Ты. Ну и пришлось поверить. Как не поверишь, когда оно все прямо сияет, только позволь ему.

Ну а поверив в это, уже можно во что угодно поверить, из возможного, конечно. Например, в то, что все будет хорошо. Или что Ты воскрес. Или что Пресуществление. Да блин, я даже могу поверить в то, что для карателя - Ты каратель, а для морализаторов - морализатор, чего уж тут верить, доказательств такой трактовки Тебя полно везде. Ну да, это не Ты. Для меня - не Ты, для них - Ты. Так они и сами для себя не каратели... И Ты однажды объяснишь им все, как оно на самом деле. И все изменится.