Странствия по Украине, 2012. Партенит.
Вчера был очень тяжелый день - ну фигли, подъем чуть раньше рассвета по нашим широтам, а потом с места в карьер - вперед-вперед, за орденами. Зато как после работы закончили запись вокала часов в 3 ночи (звукачи - ГЕРОИЩИ!!!) и великолепный Николай отвез меня домой (на радость семье)... в общем, лечь в 4 утра - это практически с гарантией выспаться. Потому что школу Матюх, конечно, продрых вместе со мной. И никто его в 7 утра не будил, то есть я ему говорю: подъем, колбаса... А колбаса нечувствительно спит дальше, и некому колбасу со шкафа стащить. В результате, есть силы продолжать жить и действовать. Селедку, например, вечером почистить... Голубцов испечь... Песню опять же новую написать)
======
Ну, короче, поехали мы в вагоне, все такие запыхавшиеся от концерта, от всяких еще штук - Игорь на два вагона дальше, мы с Рокси постепенно расстилаемся. Человек на верхней полке надо мной внезапно оказывается фотографом, был на "Чугунконе", узнает нас с Рокси... Не, ну надо ж было так снайперски попасть в чужом поезде иной страны! Но потом мы попали с Рокси еще интереснее - пошли покурить в тамбуре, там народу уже немало, все дымят, и тут оказалось, что нельзя этого делать в украинских поездах. Ни знаков не висит, ничего такого, а нельзя. Рокси сказала, но тут как раз повеяло ментовским духом - и мы все, кто там был, ясное дело, растворились было в небытии вагона. Ага, щас. Серые братья возникли из ниоткуда и предложили предъявить документы, у Рокси доков не было, а у меня были - и мы пошли с ними в тамбур поговорить. Один из ментов, круглый, как Весельчак У, и почему-то пахнущий ветчиной, сразу как-то оживился, стал мять мой паспорт и грозить карами. (Примерно такой же свиномордый мент год назад отчаяно пытался с меня содрать хоть что-нибудь за право провезти 2 полулитровые бутылки коньяка, уверяя, что это слишком много и совершенно запрещено законом.) Там в тамбуре уже стоял пацан, тоже принимавший участие в преступных действиях, так что совершенно неясно было, что он сказал и вообще как. Но денег-то у меня все равно не было, умная Рокси все оставила у себя. Они стали меня прессовать, что сейчас ссадят, и вообще ждут меня проблемы на границе, надо же понимать... Я честно понимаю - ну надо, так надо, но денег-то нету. Равно как и окурка в руках... Менты огорчились до невозможности, типа сбой программы: ты ж терпила, а где же наши деньги? Ну а русских денег у вас сколько? (с надеждой) Есть же... русские... или доллары... Ну я честно отвечаю, что русские есть (всплеск надежды в тамбуре!)... рублей 100-200... а все прочее на почте пришлют, с собой же, Боже упаси, ничего такого. Менты совсем было приуныли, попробовали еще чутка рассказать о проблемах на границе, но посовещались и решили, что с паршивой овцы... Скомкали бумажку и исчезли, "горько жалуясь и вопия на людское свинство", но по дороге ментовский божок им подмогнул - и вскоре они уже потрошили какого-то выпившего громадянина. Нет, украинские поездные менты - это очень мерзкая каста. А мы с Рокси попили чаю и легли спать, не особенно горюя о потраченных деньгах - в конце концов за аттракцион "разбей иллюзии мента" стоит заплатить. Но с какой брезгливой жадностью эта сладкая парочка кидалась на мятую сотенку! Не кормят они их там, в Украине, что ли?
Наутро Симферополь принял нас в объятия, по перрону нам настречу шел Игорь, сияющий и танцующий, как и подобает лучшему трувору трех королевств. Мы с Рокси и всеми инструментами быстро погрузились в автобус до Партенита, а Игорь отправился во Фруктовое, за Инкой. В Партените было тепло, море, небо и розы в цвету. Даже в Харькове была осень, а здесь какое-то остаточное лето, кругом квазиантичные статуи, дерева и туристы, тысячи их. А мы, как самые эдакие, погрузились в глубины "Айвазовского" - и даже к завтраку успели, не то что ополоснуться и переодеться. Председатель Света в ответ на мои извинения, что мол все так получилось, посмотрела на меня глазами усталого полководца и сказала, что я ей вообще должна, как земля колхозу, потому что в столь краткие сроки решать столько доп. проблем... в общем, я не спорю, тем более, что почувствовать себя землей всегда лестно, особливо в таком насквозь античном краю, как ЮБК, где не море, а Понт, не почва, а Гея... Потом мы в ожидании наших друзей шлялись по прекрасному парку "Айвазовского", валялись на пустынном пляже, глядя в небеса, общались с друзьями (Ника права - сто лет не видишься, а как вчера расстался, даже не вдруг подберешь, что и сказать). Сандра и Вита стали совершенными приморскими девами-русалками, с растрепанными выгоревшими потоками волос, стройными загорелыми ножками и загадочными морскими глазами. Ника, ящетаю, очень правильно поступила, собрав семью и откочевав к морю.
Чем ближе дело двигалось к концерту, тем больше мы все нервничали, потому что Инна с Игорем опаздывали. И так серьезно, что вполне светила возможность играть без них. Рокси то и дело созванивалась с нашими бродячими музикусами, у тех, как обычно, все было весело. Прямой автобус сломался, они ехали на трех перекладных. Такси стоило практически состояние. Отстройку проводили без них. Аппарат был... в общем, несчастный Хвост, сидевший на звуке, за вычетом нецензурной лексики молчал и только изредка вскидывал бездонные и безответные очи... и уж в них читалось все. А над головой НЕРИТМИЧНО грохотали бригады, починяющие крышу, поехавшую с корпуса санатория незадолго до фестиваля. Но каким-то чудом Игорь с Инкой на руках ворвался за 40 минут до выхода на сцену. В зале как раз кончилось закрытие с раздачей слонов и превосходной
_runcis в роли Федосии Ивановны. Писатели ушли готовиться к банкету, тут-то мы и взошли на сцену, Инка, утонувшая в кресле, сияла глазами, мы с Игорем тщетно пытались настроить звук до уровня хоть примитивно близкого к чему-то (и с нежностью вспоминали о мармеладе звуке в "Инди"). Петь в микрофоны для караоке, примотанные скотчем и ответственностью, - это тоже искусство. Меня еще несколько колбасила мысль, что наш репертуар может чутка не смотреться, потому что надо будет выдавать веселые песни типа "марша уродов" и прочих "котов", а тут извольте-ка - "дарк ренессанс" и Инка не по-русски. Мы уже ухихикались на тему "как мы всех обманули, обещали Митяева , а сами "Три Ян" притащили"... Но все сложилось как нельзя лучше. И в зале оказались те, кто отлично понимал, что сейчас будет, зачем на сцене Лисов и Инна... и насколько на самом деле это редчайшее сложение судьбы, звезд, пылинок в луче и одинокой пастушеской дудочки. А большинство все равно готовились к банкету и на концерте не были (наверное, и к лучшему). Конечно, когда Инка запела, все постороннее слетело шелухой, на сцене оставалась она, бузуки и музыка. Из зала светились нам навстречу siobar, Ника, и люди, которых мы не знаем, но это неважно, потому что они смотрели на Инку и понимали, что на сцене королева. И ни одной нотки не пропало, несмотря на все шорохи и щуренье аппарата (Хвост, респектище! Ты умудрился выжать из этой клячи ровный и плавный ход, а все остальное ребята сделали сами). На Hijo de la luna мне реально еле удалось не разреветься, все же на сцене, ипта... неловко же... В общем, в этот момент было очень твердо понятно, зачем мы тут, зачем ребята мчали по влажному серпантину, с пересадками, с нервяками, зачем рисковала Инка, еле передвигаясь на своих костылях (костыли стояли за кулисами), зачем стоило мучить Свету и Глеба. Просто для того, чтоб это было. Ну а потом мы спели про "Сидр", раскланялись, все разошлись - впереди банкет, - а к нам зато на сцену пришла _runcis и сказала, что у нее есть песня, которой нам явно не хватает. И тут началось второе действо чудес, потом что теперь у нас на нотике есть... ххе-хе-хе... запись всяких латышских песен, практически акапелла, и их надо делать. А еще мы подружились с отличным человеком, что, ящетаю, от Господа.
Потом был банкет, с мускатом, с грудой всякой еды и различных бесед, смеха, знакомств. Музыканты мои невольно оказались в центре внимания Западного стола (книги с автографом в дар, еще мяса и вина, ах, какой у вас голос!), а мы меж тем отвели душу со светлейшей королевойsiobar, как и подобает, чо. И многократно пили за Тулузу и единство всех морей. Самое непринужденное веселье сопровождало праздник, и огромную роль в этом веселье играла Д. Трускиновская и ее феерический помощник. Они устроили аукцион в фонд Инки - и уж то, как она хохотала, глядя на все это из своего конца зала, стоило половины олив масличной рощи Партенита! А потом, когда уже начались дискотеки и бу-бумц, мы ретировались в апартаменты дамы Алиенор со всеми инструментами, вином, хлебом и виноградом. Через некоторое время на балконе королевы стало ощутимо тесно, но никого это не смущало, и прекрасная Председатель Света, сымпровизировавшая прям на ходу сагу о Коте-Женихе, назначила Игоря чуть ли не жонглером "Аю-Дага", чтоб было кому петь многочисленные баллады и ритурнели, во множестве плодящиеся под ярким партенитским небом. К вопросу о Свете... В общем-то, мы просили только одного: лишь бы Инку и Игоря пустили на фестиваль, а еще позволили в фойе торговать открытками с ёжиками, дудочками и дисками - в фонд операции. Касаемо проживания - так уже готовились снять какую-нибудь хатку на ночь. Касаемо питания - да Бог бы с ним совсем. Будто бы у нас колбаски с чайком не найдется? Найдется!.. И что же из всего этого вышло? Ребят поселили в номере с балконом, выходящим на море. Их щедро оделили футболками и всем положенным (золотой ларчик с посудными приборами, инкрустированными рубинами и сапфирами, приглашение писаное на мраморной бумаге, три воза медовых пряников и т. д.), билетами на банкет и вообще всем, чем только можно. И при этом Света и Глеб же еще увезли к себе все нераспроданное, в том числе две огромные тяжеленные картины-фотографии, подержать у себя, доколе не заберем обратно. Вы как хотите, а это героизм и достойно лучшего восхваления. Вот это странноприимство, вот это я понимаю! Дай Бог стократно Свете и Глебу за это солнечное утро на балконе для Инки!
=====
Да, еще из моментов, которые я записываю в подарок лично себе.
Ну это же "Аю-даг", народ все духовный, мастера культуры, вольнодумцы и умницы. А ежели вольнодумцы и творческие личности... гм... подопьют... хошь не хошь, а разговор свернет на скользкую тему про высшие материи, а ежели высшие материи - там и до Бога недалеко, а ежели про Бога - так значит, что Он-то есть, а религии - бред, омно и манипуляции, а мы, свободные люди, понима-а-аем же, как все эти церкви ду-у-у-урят всяких там... Ну это в лучшем случае. А так гордая память Овода и Джордано Бруно заставляет каждого третьего писателя расправить плечи и не убояться костров и палача... чо там, все Булгакова читали, Берлиоз бессмертен. И вот на лестнице сцепились два инженера человеческих душ - один считает, что Бог есть (хотя религии - это а-а-атстой), а второй, натурально, докапывается до собрата по-гэндальфовски, а что ты хочешь сказать своим "добрым утром"? И вот на вопрос "что такое этот твой "бог", вот что ты имеешь в виду, говоря это слово" мы с Далией Трускиновской не сговариваясь хлопаем глазами и отвечаем "Бог - это единый Господь, Творец Неба и земли, видимого всего и невидимого..." и далее по тексту... После чего братски бросаемся друг другу в объятья, ибо нашли. "Стоп, - говорю, - остался один вопрос. От Отца исходит или от Отца и Сына?" "От Отца и Сына!" - восклицает_runcis и... оказывается православной, конечно, но это ни разу не помешало нам обняться) Вот так приходится заниматься прикладным катехизисом на лестничной площадке. Но что-то мне подсказывает, что "филиокве" - это не то, что разделит после того, как сполна почувствуешь объединяющую силу Credo...
======
Ну а потом, уже с изрядно шумящей головой (вообще-то не пью, но мускат же!), напевшиеся досыта, накупавшиеся в ночном теплом море, глубокой ночью мы разошлись - Игорь увел Инну отдыхать (и то, сколько времени этот героический, но абсолютно на всю голову сумасшедший фолк-флорум флос сегодня на ногах провел, дело вообще неполезное), королева Алиенор тоже собралась почивать, а я, натурально, возвращаюсь в половину номера, выделенного нам с Рокси. И что ж я там вижу... этить... вечер перестает быть томным, потому как диван, на котором нам предлагалось спать вдвоем, абсолютно не пустой. То есть третьему там места уже нет. В том нет ничего неприличного, ниже эротического, потому что это не про любовь, но про милосердие. Ибо литератор С. укушался на банкете до засыпания в кресле... и оказался на моей половинке диване, ибо надо же было ему где-то оказаться. Но это как-то нимало не входило в мои планы, да и время было совсем позднее, и жизнь до того не вполне курортная - и впереди не то чтобы малина. Ни спальника, ни пледа у меня, конечно, нет - не рассчитывали как-то, а есть только верная дорожная куртка...Так что, отчаявшись разбудить Рокси, я предалась печальному размышлению, как же и на чем же котику издохнуть. По всему выходило - на куртке. Вскоре из спальни показалась хозяйка номера, снабдившая меня добрым словом и подушкой... Из коридора сперли матрас, стоявший там у стеночки, а прекраснаяsiobar еще при отходе выдала странствующему музикусу запасное одеялко. Ну в общем, все решилось - есть матрас, есть подушка, одеяло - и как-то образовалось ложе достойное короля. тут-то и проснулась Рокси, оценила диспозицию - и с ужасом предложила мне идти почивать на диван, а она уже на пол. Мысль о том, чтоб променять добытое смекалкой и удачей белое свое гнездышко на половину дивана под боком пьянешенького литератора С., привела меня в панику, и заорав "я с ним спать не буду, спи уж сама", я попыталась было... и у меня ничего не вышло. Потому что блядскаянатура услужливо запустила в голове любимую с детства песенку про незадачливого мельника.
Пришла однажды я домой, не то чтоб трезваЯ,
вдруг вижу - тушка С..., где быть должна моя!
Администратору Роксе сказала грустно я:
Зачем же тушка С..., где быть должна моя?
- Что? Где ты видишь С...,
шла бы лучше спать!
Лежит там груда одеял, их утром нужно сдать.
- Я повидала белый свет, объездила края,
но в жопу пьяных одеял нигде не видала я!
Стоило мне начать исполнять первые, самые безобидные строчки, как литератор С. восстал от сна с криком и стенаниями, и с воплем, что "бабы заебали", а сам он и не хотел тут ваще находиться, вынесся в коридор, громогласно послав всех присутствующих на... Сразу скажу, ни малейших угрызений совести я не испытывала и испытывать не собираюсь), тем более, что никто не покушался более на мой уютненький матрасик, да и не храпел... Наутро с литератором С. мы демонстративно не раскланивались, хотя лично против него я ничего не имею. Зато на фюзеляже можно нарисовать звездочку - на конвенте фантастов из нашего номера ночью вылетел мужчина... и какой мужчина!.. громогласно вопия и жалуясь на наши невозможные аппетиты... ну что ж, в некоторых кругах такие шалости только упрочивают репутацию.
===========
А наутро мы потупили, раздали все взятое и забытое, сходили на завтрак - и отправились из гостеприимного Партенита в Ялту. Оттуда Игорь и Инна сели на автобус до Севастополя - и далее в сторону Фруктового, а я с инструментами - в Симферополь, где в добром доме пана и пани Новицких в 18 часов предстояло играть внезапный квартирник. Но об этом я расскажу уже после.
А на автовокзале в Ялте автобус ребят уходил через 10 минут после моей маршрутки, и привокзальную площадь, которая преодолевается в три прыжка за полминуты, Инка на костылях пересекала медленно, опираясь на руку Игоря. И вот в который раз до меня дошло, что мои друзья красивы как ангелы.
======
Ну, короче, поехали мы в вагоне, все такие запыхавшиеся от концерта, от всяких еще штук - Игорь на два вагона дальше, мы с Рокси постепенно расстилаемся. Человек на верхней полке надо мной внезапно оказывается фотографом, был на "Чугунконе", узнает нас с Рокси... Не, ну надо ж было так снайперски попасть в чужом поезде иной страны! Но потом мы попали с Рокси еще интереснее - пошли покурить в тамбуре, там народу уже немало, все дымят, и тут оказалось, что нельзя этого делать в украинских поездах. Ни знаков не висит, ничего такого, а нельзя. Рокси сказала, но тут как раз повеяло ментовским духом - и мы все, кто там был, ясное дело, растворились было в небытии вагона. Ага, щас. Серые братья возникли из ниоткуда и предложили предъявить документы, у Рокси доков не было, а у меня были - и мы пошли с ними в тамбур поговорить. Один из ментов, круглый, как Весельчак У, и почему-то пахнущий ветчиной, сразу как-то оживился, стал мять мой паспорт и грозить карами. (Примерно такой же свиномордый мент год назад отчаяно пытался с меня содрать хоть что-нибудь за право провезти 2 полулитровые бутылки коньяка, уверяя, что это слишком много и совершенно запрещено законом.) Там в тамбуре уже стоял пацан, тоже принимавший участие в преступных действиях, так что совершенно неясно было, что он сказал и вообще как. Но денег-то у меня все равно не было, умная Рокси все оставила у себя. Они стали меня прессовать, что сейчас ссадят, и вообще ждут меня проблемы на границе, надо же понимать... Я честно понимаю - ну надо, так надо, но денег-то нету. Равно как и окурка в руках... Менты огорчились до невозможности, типа сбой программы: ты ж терпила, а где же наши деньги? Ну а русских денег у вас сколько? (с надеждой) Есть же... русские... или доллары... Ну я честно отвечаю, что русские есть (всплеск надежды в тамбуре!)... рублей 100-200... а все прочее на почте пришлют, с собой же, Боже упаси, ничего такого. Менты совсем было приуныли, попробовали еще чутка рассказать о проблемах на границе, но посовещались и решили, что с паршивой овцы... Скомкали бумажку и исчезли, "горько жалуясь и вопия на людское свинство", но по дороге ментовский божок им подмогнул - и вскоре они уже потрошили какого-то выпившего громадянина. Нет, украинские поездные менты - это очень мерзкая каста. А мы с Рокси попили чаю и легли спать, не особенно горюя о потраченных деньгах - в конце концов за аттракцион "разбей иллюзии мента" стоит заплатить. Но с какой брезгливой жадностью эта сладкая парочка кидалась на мятую сотенку! Не кормят они их там, в Украине, что ли?
Наутро Симферополь принял нас в объятия, по перрону нам настречу шел Игорь, сияющий и танцующий, как и подобает лучшему трувору трех королевств. Мы с Рокси и всеми инструментами быстро погрузились в автобус до Партенита, а Игорь отправился во Фруктовое, за Инкой. В Партените было тепло, море, небо и розы в цвету. Даже в Харькове была осень, а здесь какое-то остаточное лето, кругом квазиантичные статуи, дерева и туристы, тысячи их. А мы, как самые эдакие, погрузились в глубины "Айвазовского" - и даже к завтраку успели, не то что ополоснуться и переодеться. Председатель Света в ответ на мои извинения, что мол все так получилось, посмотрела на меня глазами усталого полководца и сказала, что я ей вообще должна, как земля колхозу, потому что в столь краткие сроки решать столько доп. проблем... в общем, я не спорю, тем более, что почувствовать себя землей всегда лестно, особливо в таком насквозь античном краю, как ЮБК, где не море, а Понт, не почва, а Гея... Потом мы в ожидании наших друзей шлялись по прекрасному парку "Айвазовского", валялись на пустынном пляже, глядя в небеса, общались с друзьями (Ника права - сто лет не видишься, а как вчера расстался, даже не вдруг подберешь, что и сказать). Сандра и Вита стали совершенными приморскими девами-русалками, с растрепанными выгоревшими потоками волос, стройными загорелыми ножками и загадочными морскими глазами. Ника, ящетаю, очень правильно поступила, собрав семью и откочевав к морю.
Чем ближе дело двигалось к концерту, тем больше мы все нервничали, потому что Инна с Игорем опаздывали. И так серьезно, что вполне светила возможность играть без них. Рокси то и дело созванивалась с нашими бродячими музикусами, у тех, как обычно, все было весело. Прямой автобус сломался, они ехали на трех перекладных. Такси стоило практически состояние. Отстройку проводили без них. Аппарат был... в общем, несчастный Хвост, сидевший на звуке, за вычетом нецензурной лексики молчал и только изредка вскидывал бездонные и безответные очи... и уж в них читалось все. А над головой НЕРИТМИЧНО грохотали бригады, починяющие крышу, поехавшую с корпуса санатория незадолго до фестиваля. Но каким-то чудом Игорь с Инкой на руках ворвался за 40 минут до выхода на сцену. В зале как раз кончилось закрытие с раздачей слонов и превосходной
_runcis в роли Федосии Ивановны. Писатели ушли готовиться к банкету, тут-то мы и взошли на сцену, Инка, утонувшая в кресле, сияла глазами, мы с Игорем тщетно пытались настроить звук до уровня хоть примитивно близкого к чему-то (и с нежностью вспоминали о siobar, Ника, и люди, которых мы не знаем, но это неважно, потому что они смотрели на Инку и понимали, что на сцене королева. И ни одной нотки не пропало, несмотря на все шорохи и щуренье аппарата (Хвост, респектище! Ты умудрился выжать из этой клячи ровный и плавный ход, а все остальное ребята сделали сами). На Hijo de la luna мне реально еле удалось не разреветься, все же на сцене, ипта... неловко же... В общем, в этот момент было очень твердо понятно, зачем мы тут, зачем ребята мчали по влажному серпантину, с пересадками, с нервяками, зачем рисковала Инка, еле передвигаясь на своих костылях (костыли стояли за кулисами), зачем стоило мучить Свету и Глеба. Просто для того, чтоб это было. Ну а потом мы спели про "Сидр", раскланялись, все разошлись - впереди банкет, - а к нам зато на сцену пришла _runcis и сказала, что у нее есть песня, которой нам явно не хватает. И тут началось второе действо чудес, потом что теперь у нас на нотике есть... ххе-хе-хе... запись всяких латышских песен, практически акапелла, и их надо делать. А еще мы подружились с отличным человеком, что, ящетаю, от Господа.Потом был банкет, с мускатом, с грудой всякой еды и различных бесед, смеха, знакомств. Музыканты мои невольно оказались в центре внимания Западного стола (книги с автографом в дар, еще мяса и вина, ах, какой у вас голос!), а мы меж тем отвели душу со светлейшей королевой
siobar, как и подобает, чо. И многократно пили за Тулузу и единство всех морей. Самое непринужденное веселье сопровождало праздник, и огромную роль в этом веселье играла Д. Трускиновская и ее феерический помощник. Они устроили аукцион в фонд Инки - и уж то, как она хохотала, глядя на все это из своего конца зала, стоило половины олив масличной рощи Партенита! А потом, когда уже начались дискотеки и бу-бумц, мы ретировались в апартаменты дамы Алиенор со всеми инструментами, вином, хлебом и виноградом. Через некоторое время на балконе королевы стало ощутимо тесно, но никого это не смущало, и прекрасная Председатель Света, сымпровизировавшая прям на ходу сагу о Коте-Женихе, назначила Игоря чуть ли не жонглером "Аю-Дага", чтоб было кому петь многочисленные баллады и ритурнели, во множестве плодящиеся под ярким партенитским небом. К вопросу о Свете... В общем-то, мы просили только одного: лишь бы Инку и Игоря пустили на фестиваль, а еще позволили в фойе торговать открытками с ёжиками, дудочками и дисками - в фонд операции. Касаемо проживания - так уже готовились снять какую-нибудь хатку на ночь. Касаемо питания - да Бог бы с ним совсем. Будто бы у нас колбаски с чайком не найдется? Найдется!.. И что же из всего этого вышло? Ребят поселили в номере с балконом, выходящим на море. Их щедро оделили футболками и всем положенным (золотой ларчик с посудными приборами, инкрустированными рубинами и сапфирами, приглашение писаное на мраморной бумаге, три воза медовых пряников и т. д.), билетами на банкет и вообще всем, чем только можно. И при этом Света и Глеб же еще увезли к себе все нераспроданное, в том числе две огромные тяжеленные картины-фотографии, подержать у себя, доколе не заберем обратно. Вы как хотите, а это героизм и достойно лучшего восхваления. Вот это странноприимство, вот это я понимаю! Дай Бог стократно Свете и Глебу за это солнечное утро на балконе для Инки!=====
Да, еще из моментов, которые я записываю в подарок лично себе.
Ну это же "Аю-даг", народ все духовный, мастера культуры, вольнодумцы и умницы. А ежели вольнодумцы и творческие личности... гм... подопьют... хошь не хошь, а разговор свернет на скользкую тему про высшие материи, а ежели высшие материи - там и до Бога недалеко, а ежели про Бога - так значит, что Он-то есть, а религии - бред, омно и манипуляции, а мы, свободные люди, понима-а-аем же, как все эти церкви ду-у-у-урят всяких там... Ну это в лучшем случае. А так гордая память Овода и Джордано Бруно заставляет каждого третьего писателя расправить плечи и не убояться костров и палача... чо там, все Булгакова читали, Берлиоз бессмертен. И вот на лестнице сцепились два инженера человеческих душ - один считает, что Бог есть (хотя религии - это а-а-атстой), а второй, натурально, докапывается до собрата по-гэндальфовски, а что ты хочешь сказать своим "добрым утром"? И вот на вопрос "что такое этот твой "бог", вот что ты имеешь в виду, говоря это слово" мы с Далией Трускиновской не сговариваясь хлопаем глазами и отвечаем "Бог - это единый Господь, Творец Неба и земли, видимого всего и невидимого..." и далее по тексту... После чего братски бросаемся друг другу в объятья, ибо нашли. "Стоп, - говорю, - остался один вопрос. От Отца исходит или от Отца и Сына?" "От Отца и Сына!" - восклицает
_runcis и... оказывается православной, конечно, но это ни разу не помешало нам обняться) Вот так приходится заниматься прикладным катехизисом на лестничной площадке. Но что-то мне подсказывает, что "филиокве" - это не то, что разделит после того, как сполна почувствуешь объединяющую силу Credo...======
Ну а потом, уже с изрядно шумящей головой (вообще-то не пью, но мускат же!), напевшиеся досыта, накупавшиеся в ночном теплом море, глубокой ночью мы разошлись - Игорь увел Инну отдыхать (и то, сколько времени этот героический, но абсолютно на всю голову сумасшедший фолк-флорум флос сегодня на ногах провел, дело вообще неполезное), королева Алиенор тоже собралась почивать, а я, натурально, возвращаюсь в половину номера, выделенного нам с Рокси. И что ж я там вижу... этить... вечер перестает быть томным, потому как диван, на котором нам предлагалось спать вдвоем, абсолютно не пустой. То есть третьему там места уже нет. В том нет ничего неприличного, ниже эротического, потому что это не про любовь, но про милосердие. Ибо литератор С. укушался на банкете до засыпания в кресле... и оказался на моей половинке диване, ибо надо же было ему где-то оказаться. Но это как-то нимало не входило в мои планы, да и время было совсем позднее, и жизнь до того не вполне курортная - и впереди не то чтобы малина. Ни спальника, ни пледа у меня, конечно, нет - не рассчитывали как-то, а есть только верная дорожная куртка...Так что, отчаявшись разбудить Рокси, я предалась печальному размышлению, как же и на чем же котику издохнуть. По всему выходило - на куртке. Вскоре из спальни показалась хозяйка номера, снабдившая меня добрым словом и подушкой... Из коридора сперли матрас, стоявший там у стеночки, а прекрасная
siobar еще при отходе выдала странствующему музикусу запасное одеялко. Ну в общем, все решилось - есть матрас, есть подушка, одеяло - и как-то образовалось ложе достойное короля. тут-то и проснулась Рокси, оценила диспозицию - и с ужасом предложила мне идти почивать на диван, а она уже на пол. Мысль о том, чтоб променять добытое смекалкой и удачей белое свое гнездышко на половину дивана под боком пьянешенького литератора С., привела меня в панику, и заорав "я с ним спать не буду, спи уж сама", я попыталась было... и у меня ничего не вышло. Потому что блядскаянатура услужливо запустила в голове любимую с детства песенку про незадачливого мельника.Пришла однажды я домой, не то чтоб трезваЯ,
вдруг вижу - тушка С..., где быть должна моя!
Администратору Роксе сказала грустно я:
Зачем же тушка С..., где быть должна моя?
- Что? Где ты видишь С...,
шла бы лучше спать!
Лежит там груда одеял, их утром нужно сдать.
- Я повидала белый свет, объездила края,
но в жопу пьяных одеял нигде не видала я!
Стоило мне начать исполнять первые, самые безобидные строчки, как литератор С. восстал от сна с криком и стенаниями, и с воплем, что "бабы заебали", а сам он и не хотел тут ваще находиться, вынесся в коридор, громогласно послав всех присутствующих на... Сразу скажу, ни малейших угрызений совести я не испытывала и испытывать не собираюсь), тем более, что никто не покушался более на мой уютненький матрасик, да и не храпел... Наутро с литератором С. мы демонстративно не раскланивались, хотя лично против него я ничего не имею. Зато на фюзеляже можно нарисовать звездочку - на конвенте фантастов из нашего номера ночью вылетел мужчина... и какой мужчина!.. громогласно вопия и жалуясь на наши невозможные аппетиты... ну что ж, в некоторых кругах такие шалости только упрочивают репутацию.
===========
А наутро мы потупили, раздали все взятое и забытое, сходили на завтрак - и отправились из гостеприимного Партенита в Ялту. Оттуда Игорь и Инна сели на автобус до Севастополя - и далее в сторону Фруктового, а я с инструментами - в Симферополь, где в добром доме пана и пани Новицких в 18 часов предстояло играть внезапный квартирник. Но об этом я расскажу уже после.
А на автовокзале в Ялте автобус ребят уходил через 10 минут после моей маршрутки, и привокзальную площадь, которая преодолевается в три прыжка за полминуты, Инка на костылях пересекала медленно, опираясь на руку Игоря. И вот в который раз до меня дошло, что мои друзья красивы как ангелы.