Я наблюдаю за жизнью старинных моих знакомых. Чувствую себя то ихтиологом, то археологом, то просто архивной крысой. Тщательно и придирчиво подбираю бумажки, на которых остались еще их когда-то милые сердцу следы, обрывки ненаписанных и написанных писем, отпечатки пальцев, зарисовки мыслей, пробы воздуха и образцы камней тех добрых лет. Теперь у меня есть доступ к их жизни, или к той ее части, которую они соглашаются открыть для архивных ихтиологов. Мое сердце запорошено ворохом старых документов, запахов, картинок, мгновенных вспышек узнавания. Чертовы бисквиты, какая дрянь -- этот липовый чай!