В Питере

Краткой, как уж получится, строкой.

Летний Питер прекрасен, как редко что. Он пахнет морем, он звенит насквозь, ночью над ним тепло-золотое небо, что он лучший, я знала даже, когда мне не с чем было особо и сравнивать.


Схожу с поезда и оказываюсь... в "Старой книге". Какая дивная "Старая книга" на Московском вокзале! Первое, что я там вижу, ммммать!, отличный латинско-русский словарище. Дворецкий. Второе и третье издание, третье дешевле, второе уютнее... А второе, что я вижу, - "Поход семерых". Стоит, заррраза, новенький такой, авантажный. И что интересно - Ле Гуин там по 40 флоринов, всякие перуненки - от 20 до 60, Стивен Кинг примерно по полтинику, а этот, сцуко, аж 100 монет. Давясь от жабности, выкладываю, ибо нельзя же. Видишь, Соций, на какие жертвы приходится идти (при нашей-то бе-бе-бедности)! Книга пошла на правильные нужды - досталась моей любимой крестнице Катерине, пусть ворона сохнет чтобы дитя проникалось, что такое иппанутые на голову католики. Но с тех пор так и гуляю с латинским словарем, надо бы его выложить, што ли.

 Уделка. Нам никогда не узнать, что и для чего покупается. Комбинаций тыща. Долго и с восторгом торговались с мужичком капитанского вида за трубку, старую, вересковую, а чубук у ней наборный. Из цветного плексигласа (так это, кажется, называлось) слоями, на медной трубочке. Такие авторучки и рукоятки  для финок, говорят, зэки делали, у бабушки моей была такая ручка в форме кинжала, - бабушка медик, за что-то ее такой сувениркой отблагодарили, бабушка об этом коротко очень говорила. Ну что ж, маленький город Кандалакша... И вот такая натуральная трубка - мечта 70-х. И нагубник у ней тоже из оргстекла,  насаживается отдельно, выгнутый, прозрачный. И что ж, что кич, зато ничего больше и не надо - вот она, как есть, возвратная штука из детства. Нагубник в дороге отвалился и выпал. Это было горе-горе, потому что как ео найти, остался только кусочек медной трубочки над плексигласовой красотой. Я уже стала приспосабливать туда янтарную бусину, но это дело увидала Кэроль и отобрала... О! Все, что она делает - божественно, ящетаю. И если так, то это будет офигенская трубка. Прямо чувствуешь себя отаку-фанатом Эренбурга, потому что трубок набирается коть и не 13, но вполне, хоть про каждую пиши - от первой, подаренной Морозовичами, до вот этой, капитанско-босяцкой.
Так вот, укупая мотки кружев для Маркизы (как же к маркизе без гостинца - без кружев и жемчугов), толстенные ракушки по полторы копейки, китайские чайники и прочие возвышенные чудеса, я вижу ЕГО. Мою давнюю мечту с Новоподрезково еще - медный фонарь-домик на цепочке, с прорезанными звездами-солнышками. Там мужик его торговал за 300, а у меня было тольько 200, и он отказывался. Через неделю он был готов на 200, но у меня было 150 - и опять не срослось. Так вот, стоит, красавец, за 120. ЦОП я его. Это важно, следим за рукой. И последнее, что там еще было - кожаная жилетка. Мужик типа борцовки продавал, а у меня старая слабость к кожаным тапкам, но борцовки были такие прекрасные, что в них только сесть и уплыть по морю оставалось - 47 размер, ога. Мужик (молодой еще парень) сыпал прибаутками, как залихватский ярмарочный завсегдатай. Рассказал и про борцовки, и про ножички, и про кожаную жилетку, и в таком бесперебойном ритме, с улыбочкой - ну Питер, ммать.

=====

Поздний вечер. Возвращаюсь домой, впереди меня идет юноша вида "студент-физкультурник". Отличный такой юноша, говорит по мобиле на весь двор. Ничего, бывает. Каюсь, прислушиваюсь с того момента, когда он в трубку спрашивает: "Ты знаешь, кто такой Конфуций? Ну в общих чертах?"
Далее разговор, который я не могу не. Понятно, все имена изменены, кроме Конфуция.

"Это... к Конфуцию пришли однажды пять девушек легкого поведения (sic!). И говорят - почему мужикам можно изменять, а нам нет? И он им так сказал: из чайника чай по чашкам разливать - это нормально, да? А если ну в один чайник слить разные чаи -это ж хуйня получится. Так вот, ты передай своей Алене, ну как сам понял, да"... После чего физкультурник совсем наращивает темп и исчезает в мареве белой ночи. Я остаюсь в полном ахуе.

==========

Вечером - лучшая из "Таверн". Было очень немного народу, но может, после Московской, которая побила все рекорды по раздолбаингу, может, еще почему, - но настолько чудно, динамично и бодро ла только самая первая. Музыканты приходили, уходили, когда зазвучали клавиши Марка, вообще все встало на свои места окончательно - лучше не придумаешь. Вовка Белов, бог виолончели, Кэти-саламандра с рыжими дредами, Игорь Лисов, два перкуссиониста, Макс в черном и строгий - он с похорон приехал и опять ушел, насилу пару песен успев спеть. И вот такая красота, с новыми, совсем еще вчерашними песнями, и старыми - совсем из-под спуда, по две - и переход. Бранд танцует, соломенной молнией, народ сидит - друзья, перед Кэролем - все ее пичуги-валяшки. Это дом, друзья. И когда сиртаки плавно ускоряется, в темпе навязывания порванной струны на виолончель (не прерываясь ни на секунду), и когда Кэти поет про кофе или про всадников в лесу, и когда Вовка с Марком вдруг устроили арт-импровиз (ПОТОМУ ЧТО ОНИ ЭТО МОГУТ!). С нами Бог и все его ангелы - в том числе Пёрселл! Вот как я думаю про "Таверну". Неужели никто-преникто это не записывал? Если нет, значи, это был чистый случай игры ради игры, навроде как для увеселения места и уважения Господу. Есть все же в этом что-то от песочной мандалы.
Ну вот, а на фортепианах, значитца, горит мой новый друг -медный светильничек. И вдруг в нем происходит короткое замыкание свечки - уж не знаю, как это назвать, но свечка сходит с ума и полыхает прямо как кошкин дом. Из фонарика рвется нешуточое такое пламя (если рассудок и жизнь дороги вам, НЕ ПОКУПАЙТЕ СВЕЧКИ ЗА 35 РУБЛЕЙ В РАСПРОДАЖНЫХ ЛАВКАХ! ДАЖЕ ЕСЛИ ОНИ БЕЛО-БОРДОВЫЕ!!!), и это уже слегка даже страшно. Приходит Юля, прекрасная, как лоа Эрзили, в блеске и звоне тысячи косичек, идет-танцует, в руке чаша воды. Выливает она воду в подсвечник - и... Он так полыхнул, будто это не вода была, а масло. Реально - пламя столбом, лижет стену - хорошо, что голый кирпич, и страшно, блин. Юля убегает куда-то в кухню.

А мы в это время доигрываем "Покойницкую" - и все это происходит на словах "в крематории нас сожгут", народ вокруг в полном восторге. Добрый Марк был искренне уверен, что мы с Юлей договорились о каком-то трюке, и даже восхищался, как неторопливо и правильно все идет (натурально как вы играете)... пока не посмотрел на наши лица. А лето же, и все вокруг в легких шелках и марлевочке, и ваще никаких плотностей - лето же... То есть по факту никакой "Хромой кобылы"- кругом чисто кирпич и камень, но под этим грешным пожаром пианино, и оно-то ни в чем не виновато, да и как-то... гм... неожиданно.

И тогда (ПАДАМММ!!!) из рюкзака появляется кожаная жилетка, мы с Кэти уматываем в нее грешный фонарь (умри! умри, сцуко!), тот через некоторое время неохотно прекращает гореть, шипя и отплевываясь. Жилеточке натурально приходит крантец, она вся прожжена, слегка тлеет, бок весь скукожился - в общем, бренные останки ея пойдут на мешочки и шнурочки, ибо носить там уже нечего - "полрукава осталось". Белов, не отрываясь от виолончели, обронил что-то про "католические штучки", Виктор добавил, что в первый раз видит, чтобы чудо нисхождения огня жилетками гасили. Тут прилетает Юля, приносит тигровую шкуру, дабы проделать все то же самое, но тигру повезло - все уже кончилось. Фонарь, бедняга, прогорел весь, рассыпался на составные стену, крышу и цепочку, буду его чинить, очищать от прикипевшей кожи и нагара. Может, еще послужит? Так с шутками и прибаутками музыканты жгли.

Но покупая жилетку и фонарь, как можно было предположить, что это кусочки одной картинки и она сложится так быстро и своевременно? Прямо почувствуй себя Финеасом Фоггом и Паспарту в одном флаконе - "проделки Фикса! проделки Фикса!".

========================

А потом мы шли, о дороге встретив прекрасных Лустберга и Странника, с речной водой и букетом ромашек и дремушки, и тогда лето окончательно вступило в свои права. Наш путь лежал через сердце города, в такой классный Монмартр, настоящий Латинский квартал, где сейчас живет Машка и кот Кокос, а потом Приорр и Машка, невзирая на усталость, довели меня до поезда в 3 ночи...