Тикки А. Шельен (tikkey) wrote,
Тикки А. Шельен
tikkey

Category:

сей день

Когда идешь по кладбищу, охватывает совершенно отчаянное чувство беспомощности. Кругом имена, сотни имен, даже на оборотной стороне надгробий выведены золотые или черные буквы - имя, отчество, фамилия. У древних греков беспамятные тени толкутся возле лужицы крови - попьешь - и хоть на секундочку, да что-то вспомнишь. А тут другое. Назовут имя - значит, ты был, тебя не забыли, хоть и полупрозрачная, а все ж Вечная Память. Все обещают, когда хоронят, а кто выполняет? Ну вот хоть так, хоть чужой досужий человек мельком прочтет, огорчится, пожалеет - и это будет как краткое поминание. На каждом кладбище так - просто невозможно успеть обнять всех, а они же беззащитные, особенно те, у кого и имен-то не осталось, так, полустершиеся какие-то каракули. Беда, сами-то себе они уже не помогут!..

Есть, конечно, общее поминовение в Прошении, когда просим за всех умерших братьев и сестер, и слава Ему, что есть. Но все равно такая духовная благотворительность - как чуть тепленький сиротский супчик: поддержит, да разве насытит! Блин, хоть нарочно ходи туда и читай имена на надгробиях в качестве акта личной молитвы. Да вот незадача - далеко они запрятаны, кладбища в мегаполисе, не вдруг до них доберешься.

А еще жутковато, когда замечаешь, что на могильных плитах первые цифры - сплошь да рядом - поколение твоих родителей. 1947...48...49. Среди них робко, как василечки, мелькают кое-где твои ровесники и даже народ помладше.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 27 comments