August 13th, 2016

пиздець не дремлеть!

Исторические корни пакета Яровой - ну и вообще

1792 год. Из допроса Н. И Новикова.

25. Вопрос. Здесь, в России, законами наистрожайше запрещено не только иметь переписку вымышленными цифрами, запершись в комнате, но вы, закрывая ваши сборища от правительства, вымышляли цифирную азбуку и гиероглифы; то объяснить вам, для чего вы такую переписку учредили, а как ваши сборища и деяния не могли быть позволены, то вы сие и скрывали, ибо как вы говорите, что делали те сборища для пользы общей, сии слова ваши есть ложны, потому что делать добро таить нужды не настояло, а как оно вредно, то вы и таили.

Ответ. Азбуки, употребляющиеся по градусам, не нами вымышлены, но присланы из Берлина при градусах, и в них и находится, что в тех бумагах явно, и употребляли их только по находящемуся там предписанию; вообще при искании сих градусов мы худого намерения не имели, а в том, что употребление сих азбук законам противно, яко виновные, к монаршим стопам ее императорского величества повергаем себя, испрашивая милосердого прощения.

Возражение. Буде б не было в их сборищах вредного, то б таких вымыслов делать было не для чего; что ж он говорит, что не знал о запрещении иметь тайную переписку, но сим они извиняемы быть не могут потому, что все их сборищи и деяния в противность законов, ибо они не хотели оным повиноваться, а повиновались повелениям великого мастера (сисадмином рекомого. - Прим. Ред.).
-------
30. Вопрос. Не устыдился ты, при всех тебе деланных внушениях и убеждениях о показании самой истины, в ответах твоих сие все презрить и показал между прочим, что будто ты имел с Шварцем холодность, но ты о сем сказал неправду; что Шварц был предан тебе, а ты ему, в сей сказанной тобою неправде обличаешься тем, что ты в ложах предлагал о даче Шварцевой жене за подвиги мужа ее награждений и о произвождении ей и детям ее вечного пенсиона.

Ответ. В показании моем, где говорил я о бывшей между Шварцем и мною холодности, говорил я не вымышленно, но сказал только, как действительно было: о чем и все те, которые были с ним в короткой связи, знают. Что же профессор Шварц всеми в короткой связи с ним бывшими был любим и уважаем, того я нигде не отрицал. Что же предлагал я, не помню только где, в ложе или в Дружеском обществе: о даче оставшейся жене его с двоими детьми пенсиона, то сие подлинно было так, потому что она осталась после его без всякого пропитания.

Возражение. В ответе говорил, что будто б между Шварцем у него происходила холодность и будто б Шварц многое от него скрывал; но из бумаг его видно: первое, говорил он и товарищи его такие похвальные при погребении его речи, кои достойны б были самому великому в государстве мужу по сделанным заслугам отечеству; второе, подал в сборище предложение о даче жене Шварцевой награждения, а потом и о вечном ей и детям пенсионе.

----------


Допрашивал Новикова лично С. И. Шешковский, начальник Тайной экспедиции, неоднократно поощренный Екатериной II за верную службу и вообще крайне востребованное лицо в государстве. Положение Шешковского при дворе было настолько влиятельное, что многие высшие государственные сановники нередко заискивали перед ним, добивались его дружбы. Зато люди независимые и смелые относились к нему с нескрываемым презрением. Так, обычным приветствием Потемкина Шешковскому был вопрос: «Каково кнутобойничаешь, Степан Иванович?», - на что последний отвечал с присущим ему подобострастием: «Помаленечку, ваша светлость!». Собственно, ничего с тех пор не изменилось...