May 23rd, 2013

дай почитать?

Библия в моем доме. Как же нам повезло.

Оригинал взят у vespro в post
Я все чаще думаю - как же нам повезло...

Мое первое Евангелие передали мне от отца Александра Меня. Крошечную книжку на папиросной бумаге.
Передали как бомбу, как прокламацию, как самую страшную тайну: "Никому не показывай, не открывай в метро, не вынимай из сумки. Если арестуют и будут спрашивать, откуда книжка - отвечай: "От Матфея!"

И мы читали по ночам, в катакомбах своих кухонь, и Он шагал по этим страницам как вихрь: бесстрашный, умный, ироничный, решительный, бесконечно добрый, и посему-то готовый на все ради нас.

И Его учение было нашим заговором, нашей тайной, нашей фрондой.
И Он был с нами там, где мы собирались по двое и трое, и шептались о Самом Главном.

И Церковь была такой, какой должна быть - гонимой.

Нет, нет и нет, я не тоскую по временам, когда лучших ее слуг расстреливали на полигонах и скармливали мошке на Соловках. НЕТ. Оборони Бог от повторения.

Но Церковь была там, где ей место - В ОППОЗИЦИИ.
Потому что Тот, Кого мы тогда полюбили навсегда - Он и есть вечная оппозиция.
Он и есть сплошной разрыв, кризис и надлом.
Потому что именно Он, а не какая-то гнилая мумия - ЖИВЕЕ ВСЕХ ЖИВЫХ. А жизнь - это оно самое и есть: разрыв, кризис и надлом. И счастье - от того, что Он идет с тобой по дороге в Эммаус, и от того, что ангел ждет у пещеры, а пещера пуста...

Мне трудно вообразить - как это, иметь Его в виде свода правил, списка наказаний и персонажа из школьной программы.
А теперь еще эта чертова "двушечка" за оскорбление религиозных...


=================

Нет, ну ничего себе... НИЧЕГО СЕБЕ!!!
Потому что первое мое Евангелие - это была крохотная книжечка на папиросной бумаге, от Матфея. Еще в старой орфографии, кажется, "для народа". В 9 классе мне дала почитать Светка, одноклассница и хиппи, семейную ценность, между прочим. Светка псих, ясное дело, это же вообще из дома выносить нельзя, не то что дуракам всяким давать... Книжечка полностью помещалась в прозрачную оболочку от сигаретной пачки... Я, свято исполняя завет Умки "ну как же тебе не стыдно, хоть цветочек на себя нашей!", ходила в чем попало, лишь бы развевалось и желательно побрякивало, с невозможно-архаической сумкой, расшитой радужными ромбами, периодически босиком, в кармане у меня таилось и пряталось Светкино тоненькое Евангелие от Матфея. Книжечку, конечно, пришлось отдать, но к тому времени это было уже не страшно. У меня была моя тайна, моя гордость, мой огромный и новый свет, который спрятать было невозможно, ради которого стоило жить. И уже потом Борис Рогинский, одноклассник, друг и, подозреваю, тайный мой мистагог, привез из Прибалтики, нашей единственной узаконенной Европы, "Новый завет" и мимоходом положил книгу на мой стол - типа, вот, это тебе, как проходя делятся яблоком, - а меня охватил столбняк.

В промежутке и чуть до того были, разумеется, "Словарь атеиста", где в начале каждой статьи вполне исчерпывающе объяснялось, что к чему, а в конце рассказывалось, какой это опиум и отстой. Потом нас, грешных подростков в пору острого духовного голода, спасал С. Аверинцев и "Мифы народов мира" под ред. С. Токарева.

Третья моя "Библия", и первая полная, была издана в странную эпоху, когда внезапно хлынули книги и исчез хлеб. Моя добрая бабушка застраховала нас с сестричками, чтобы каждой к 18 годам (или к свадьбе) достался солидный вклад. Думала, купим телевизор или холодильник... Мне исполнилось 18, свадьбы не предвиделось, бабушка к тому моменту уже давно умерла, и мы с матушкой пошли в Сбербанк получать причитающиеся деньги. Ту сумму, что нам выдали, я потратила в тот же день, в киоске печатных изделий у метро "Пионерская". Два нетолстых тома с тиснеными желтоватыми буквами. Переплет казенного светло-коричневого дермантина, мелкий шрифт, просвечивающий сквозь тонкую почти прозрачную бумагу, зато с гравюрами Доре. И своя. Должна же быть в доме Библия!

Дед из романа Халльдора Лакснесса говорил, что по законам Исландии Библия должна стоить корову, а иначе это неправильная библия. Когда распространитель дешевых библий, старый приятель и антагонист, попытался подарить дедушке одну из своих книг, дед наотрез отказался принимать дорогой подарок. Распространитель тоже был упертый исландец, он оставил книгу на полке и ушел по своим торговым делам. Дед нагнал его, ведя на веревке корову, чтобы отдать ее за Библию. Или вернуть книгу. Ну не знаю насчет коровы, но могу сказать, что моя родная бабушка, того не зная, откладывала деньги на эту Библию в течение 9 лет. Так что, может быть, и корова... Это, безусловно, греет душу.

Некоторое количество Библий потом было обретено в самых неожиданных местах, одну так и вовсе Стас из лужи выловил, всю исчирканную пометками, с кучей телефонов на форзаце, явно боевая библия бродячего проповедника сектантского толка. А брюссельскую в прекрасном состоянии, практически нечитанную, нашли, например, на помойке. И даже не сразу сообразили, что за сокровище в руки попало.

А срамные поделки паскудного тролля Лео Таксиля были просто вышвырнуты из дома. И это был, пожалуй, первый раз, когда мне всерьез хотелось устроить аутодафе. Из книг Лео Таксиля, конечно, а не из омерзительного их автора.

Это я к тому, что мы сохраним нашу Церковь. С Его помощью - сохраним.