January 30th, 2012

из окошка смотрит

о скитаниях всяких...

Ну вот. Выходные прошли максимально насыщенно. В субботу, с гитарой, сумкой и крохотным чемоданчиком приземлилась в Воронеже. Чемоданчик - антикварный, фибровый, с кожаной ручкой, - штука незаменимая, потому что в Воронеже предстояло забрать у Барона некоторое количество чашек и кубков: часть нам, доминиканцам, часть - викингам и прочим диким тварям из дикого леса, на продажу в "Археологию". Прошлая партия, сунутая в полиэтиленовый мешок, нещадно побилась в дороге, и вот, чтобы предотвратить гибель всей этой красоты, и понадобился чемоданчик. В свое время он был найден на просторах Москвы, проще говоря, кто-то его выкинул, а он же совсем хороший, я его очень люблю! В вагоне мои соседи, милейшая престарелая пара, долго на него поглядывали, а потом дама тихо замечает, что у них в свое время был такой же. Они называли его "тревожный чемоданчик". Понимаете, муж был военный, там всегда лежала смена белья, ну и прочее... Мы потом в нем гвозди хранили и инструмент всякий... Понимаю. В этот момент у меня по спине идет ощутимая такая волна холода. Потому что много у кого были такие... "тревожные чемоданчики", и в Москве, и в Питере. И видит Бог, совершенно я не знаю, кто был хозяином моего. Ну да, он и вправду очень удобно подлаживается под руку. Встал, схватил - и пошел. Правда, много в него не влезет, только самое необходимое. Вот она, прошлая жизнь милых вещей.

А знакомая барышня, при взгляде на него, сказала, что у них тоже в доме такой жил. Мама с ним бегала в институт на занятия, назывался он "балетка", а потом его выбросили, жалко... Почему, интересно, "балетка"? Слово такое смешное...Этот вариант, конечно, успокоительнее, чем "тревожный", но, боюсь, имя уже прилипло намертво.

Замок Барона и Катерины, вызвавших меня в Воронеж на концерт, оказался огромным. Реально замок, красного кирпича. С боевыми котами и фреской во всю стену. Ольга и Катя эту фреску расписывали в две кисточки. И все желающие в зал, конечно, поместились, и на кухне хватало пространства для чашек и груды всяких тортов и печенек, и концерт прошел вообще незаметно как. Виделись со старыми друзьями, знакомились с новыми, только пришлось собраться и быстро-быстро убежать, чтоб успеть на поезд.
=================

Так печально... Встречаешь свою прошлую любовь (не амурные приключения, Боже упаси, а реально человека, который был тебе  другом, да практически родным)... и думаешь только об одном: как бы хорошо было, если б не происходило всякой этой пакостной ерунды, из-за которой все сломалось и разбилось. Ну что же мы все оказались такими слабыми, жалкими и глупыми... Ведь по сути единственное, что ценно, - то золотое, что тогда было. Потому что когда столько друзей спаяны между собой любовью и радостью, это и есть отсвет Царствия. И теперь бы взять и стряхнуть дурацкое вранье, грязь, дрянь разную, чтоб она не застила ничего между нами, мной и моим названым братом. А как же это сделать, как бывшее сделать небывшим, кто это сможет... Никак, никто. Только Там уже, очевидно, когда все лишнее отшелушится или выгорит. Воронеж был укутан плотным белым снегом. А я его все помню летним, виноградным, липовым, в теплых ветерочках. Поезд едет мимо ночного водохранилища, а я и не знаю, то ли плакать, то ли так... Решила так... Толку-то плакать...
====================

Утром зато в Москве солнце, небо чистое, дома все спят, кроме Матвея. Кухня сияет - это Матюх с До вчера постарались. На чистой, опрятной кухне напекли блинов, сварили кофе, к завтраку сползлись и все остальные, а потом месса, наш хор в Луи, вечерняя поездка на край света за зимней обувкой... Все же когда две ночи подряд проводишь в дороге, расстояние несколько нивелируется, все города слегка перетасовываются. Зато теперь у меня (или у Нюхи, как пойдет) есть отличные зимние гриндера. И больше нету, кроме них, ничего, до самой зарплаты... Но это не страшно - ведь картошка есть, чай/сахар/кофе есть, макароны какие-то тоже есть, страшно не это. А что страшно, то пускай по ветру улетит. Я даже люблю, когда внезапно оказываешься в Его руке, потому что свой ресурс уже исчерпан. Ну и что, что зима, Он нас ни разу не оставлял, и сейчас не оставит. В среду придет Фанни, будем репетировать к Питеру. В пятницу, 3 февраля, приедет Игорь, и Ди, и Марк - и в "Шоколадной Фабрике" мы сыграем потрясающий концерт - из тех, где я сама себе завидую, что на сцене стою с этими людьми. Тем более Он нас не оставит - будем же собирать на Инку. Горе вам, кто решит проманкировать! Потому что искусанные локти до августа болят.
========================

А днем Макс прорезался, сказал, что они с Альфом постараются, чтоб в Питере 18 февраля отыграли "Таверну". Правда, не в "Африке", но все равно - где "африканские", там и "Африка". Вот бы удалось! Ясное дело, что это тоже будет на Инкину поправку. А уж 19 февраля - милости просим в "Куклы". Представим питерцам Фанни, да заодно и заряд на целый год. Кто, кстати, придумал, что 40 лет не празднуют? Еще как!
=========================

А теперь надо уже уходить с работы. Хотя Нюха и До уже уложили Матвея спать, и ужином покормили... я мать-ехидна, а трудоголизм - заразная болезнь. Зато До с Нюхой молодцы! И при стольких "хорошо" одно маленькое "плохо" просто не считается!