November 30th, 2010

Т

о литературе, проникающей в метро...

Едем в метро с социем, возвращаемся с работы. Соций читает Паустовского, конкретно "Судьбу Шарля Лонсевиля". Основная тема, кто не помнит, французский артиллерийский инженер, военнопленный 1812 года, медленно умирает на литейном заводе, откуда его нипочем не выпускают (как же, ценный специалист), от невозможности существовать тут ваще. И больше всего он не понимает - неужели можно жить так, как живут эти люди, в общем-то нормальные, незлые, и не сойти с ума, не взорваться, что твоя пушка, не вывернуться наизнанку, - что же нужно было с ними сделать, чтобы они вот так... Очень грустная и весьма паустовская маленькая повесть.

В вагоне сидит немолодая женщина, судя по всему, добрая, участливая, пытается уступать свое место беременной барышне, возится в огромной толстой шубе. Мы стоим, спокойно треплемся с социем, уже "Севастопольская", пора выходить. И тут она деликатно берет меня за рукав и спрашивает: "Простите, вы не из секты?" Нет, не из секты, а что? Женщина указывает на деревянные четочки на моей сумке, рядом с ракушкой из Сантьяго, и говорит: "Крест так носить нельзя. Бог за это накажет, накажет дочерей. Вы снимите!"

Милая женщина, эти четочки, вот эти самые, официально продавались в московском магазине в качестве сувенира-приложения к бутылке омерзительного пойла "Душа монаха". Конкретно этот экземпляр был мною подобран чуть не на помойке. Я не из секты. Бог мою дочь за них не накажет. Шарль Лонсевиль, "милок француз, ваше благородие", как же я вас понимаю!
  • Current Mood
    sad sad