April 22nd, 2010

Т

Еще раз: о Москве и Питере

Две ночи подряд мы с Аланом поочередно (то вместе, то поврозь, а то попеременно) ликовали вокруг нарисовавшегося фриланса. Про "Мать Стабата" и "оперу кудахтанья" соций уже написал.  А я одно скажу. Как же утомляет ставропигиальная орфография!.. Это когда написание не подчиняется ничему, кроме Унутреннего Благочестия, а с ним, как известно, не поспоришь, поскольку ты а) снаружи; б) благочестия не ведаешь. Трататайская Гимназия Во Имя Святого Блаженного Имярека - и все слова с большой буквы, а можно было бы - так и большими буквами. Ежели слово "Храм" - так оно нипочем не опускается, еще чего. Это ладно, если корректор удаленный: он нагадит исправит и не спросит, ну а ежели аффтар в досягаемости, так честный Розенталер же коростой покроется от анафем. К слову сказать, ставропигиальная орфография обуславливается не только религией. Юная дева в конторе два часа любила мой мозг по мессенджеру, доказывая, что запятая, которую она ВИДИТ на этом месте, прекрасна, уместна и правильна. Правила пунктуации? ЧО? "А РАЗВЕ ПУНКТУАЦИЯ НЕ ДОЛЖНА ВЫРАЖАТЬ СМЫСЛ СКАЗАННОГО?" И розенталер, посрамлен бе девой младой, плакаси горько, обративши очесы духовные в пучину мизерабельности своей. 

И поэтому в боях с лишними пробелами, большими и малыми буквами, переводчиком тов. Стилусом и руководительницей хора, являющейся заведующей (каждую ночь, в белой простыне с кровавым подбоем), мы изнемогли абсолютно, лишь мыслию о бабле себя и поддерживая. Но судьба давала нам понять, что кагбе еще не закат наших интересных дней.  

Утро началось феерически. Воистину, не дано человеку знать, что будет с ним через ближайшие полтора часа. В 7.30 мы встали и пошли на вокзал встречать дорогого Варяжского гостя - отца Брaйнa ОП. Отец Брайн ОП - это настоящий доминиканец с табуреткой. Он огромен, доверчив как дитя, столь же любопытен и втрое прекрасней всего, что можно себе о нем вообразить. Он должен был прилететь на самолете, быть встреченным иpлaндcкиM пoслoм и препровожден к оному послу на жительство и гостительство. Но То-Чье-Имя-Нельзя-Произнести едва не сбило все планы, потому что самолеты в воздух не поднимались, пocoл куда-то запропастился, и Брaйн приехал на поезде в несусветную рань, голодный, любопытный, безмятежный и знающий по-русски самое необходимое: "Здравствуйте! Добрый день! Это хорошо!" Жить его решили у нас, то есть у соция, поскольку долг дружбы и гостеприимства - это святое. Но мироздание вмешалось и все исправило: пocoл нашелся, дождь прекратился, и Брайн достал бумажку с адресом. Мы на эту бумажку посмотрели и поняли, что не в силах разобрать, что на ней написано - чистая шифровка, каллиграфический бред. Не бывает таких топонимов в Москве. Слава Богу, есть на свете друзья, а друзья - это такие люди, которым можно позвонить в 8 утра и спросить их без долгих предисловий: где у нас тут ирландское посольство. Рэй, возможно, даже не особенно проснувшись, не удивился, перезвонил через пять минут и на автомате продиктовал, куда и как мы должны идти, в конце добавив "привет послу". Мы, три бравых кто-то-тама, пошлепали по утренней Москве в адрес ирландского пocoльства, дабы доставить нашего большого лысого друга. Что должен делать нормальный посол, увидев перед собой о. Брайна ОП Премноговозлюбленного, с чемоданом, рюкзаком и парой странного вида туземных личностей в драных башмаках и с перекошенными после двух полубессонных ночей подряд физиономиями? Известно что: нажать на кнопку, чтоб дверь открылась, после чего все прощаются и каждому свое. Что делает ИРЛАНДСКИЙ посол? Выходит на крыльцо, сияет улыбкой, теребит вязаную кофтень, мигом знакомится со всеми и затаскивает всю честну компанию внутрь пить кофе - и то, чем еще заниматься в серое московское утро? Многое было в моей жизни. Завтрака в посольстве еще не было. Мое сердце отдано послу Ирландии навсегда, навсегда. Нетрудно сказать, почему. Если человек в несусветную рань жарит тосты, варит кофе и БЕЗ УМОЛКУ изливается на первых встречных лекцией о святом Клименте, Анне Ахматовой и подобностях обретения мощей святого Кирилла, который брат Мефодия, задумчиво глядя в сторону... а на стене фотографии: папа Римский гладит по рыжим и черным головам обаятельных детей, рядом стоит сам хозяин дома, вот тот, который сейчас всех йогуртом обеспечил и медом тост мажет, что можно сказать о таком человеке? Что он посол Ирландии, однозначно. Благословенна страна, имеющая такого посланника, ага! Кстати, и привет от Рэя передали, а как же! Слышишь, Рэй, все без обмана1 

А потом мы, сожалея и грустя, простились, покивали св. Патрику на стенке (икона в восточном стиле, с изумрудным шемроком в длинных золотистых пальцах святого) и пошли на работу. А потом кто куда - а я на любимую репетицию, петь спиричуэлсы и сложную такуб полифоническую штукенцию на слова св. Франциска - "Гимн творения". Боже мой, Боже мой. Если бы знать, когда ты мал, глуп и подросток, что ты так запросто будешь на итальянском петь то, что переписываешь сейчас от руки в библиотечном зале из старой-престарой книжки, заказанной из архивов... Про ирландского посла и ваще молчу.


Ну да, вот у нас пятница, 23.04.2010. В пятницу после работы (в 19.30) будет отдых - тихий и небольшой клубный квартирник. С блюзами, балладками, чем попало под что попало. В странном клубе на 4 этаже (м. Менделеевская, ул. Новослободская 14/19, стр.4). Мы отстояли с gregilГрегилом право петь в малом зале наверху, для вящего уюта и интимности. Рекламы мало-мало, да и зал, на самом деле, невелик. А потом - в Питер. Навстречу "Доминиканской Кантате" и квартирнику "Перелетного кабака". Приеду - и почти сразу у нас зашумит развеселый сабантуй в "Гарцующем Дредноуте".  Дорогие, я прошу вас - если можно, распространите информацию про "Перелетный кабак". Реально надо помочь ребятам)))