April 8th, 2007

Т

Пасха, Господня Пасха!

Ночью, только подходя к Борису и Глебу в Зюзино, онемела. Море людей, мерцают огоньки, а храм у нас на горке, маленький, почти игрушечный и крыльцо высоченное, потому люди стекают с холма и над ними плывет колокольный звон. Перед свечным ларьком - толпа , свечи покупают не скупясь, вязанками. Многие с детьми, храм, понятное дело, оцеплен, молодые ребята в камуфляже держат оборону. Ну все, понимаю, не в церкви я встречу эту Пасху, ну и ладно. Когда же вышел Крестный ход и мы, те, кто снаружи, слились с теми, кто шел за хоругвями, оказалось, что и все окрестные улицы полны людей, люди стоят со свечами, с фонариками из Икеи, с красными стеклянными подсвечниками-лампадками - молча ждут за оградой. Передо мной шел старик, прикрывая красненькую тонкую свечку кепкой. Ветер ледяной, порывами, но все стоят плечом к плечу - и тепло. Конечно, легионеры вовремя отрезали часть толпы, да и в храм все равно бы не вошли. Бабушки обижались, говорили, что и в церковь-то нынче только по приглашениям, а ребята топтались и объясняли, что всех пропустят, но не враз, потом, да не напирайте же вы, в самом деле, - и так уже ограждения сдвинули. А меня обалденно радовало, что мы так и есть - малые огонечки в реке свечей, надо же быть и огоньком, и вообще - главное, что воскрес, а когда из динамиков возглашали "Христос воскресе!" люди на улице отвечали единым дыханием. Молодой москвич из типичных окраинных жителей все спрашивал, знаем ли мы слова песни, которую поют сейчас. "Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ и сущим во гробех живот даровав" - отвечали ему. "Спасибо, ага" - отвечал он и начинал подпевать. А потом нас все же пустили в церковь, и с высоты крыльца те, кто еще ждал, виделись невыносимо прекрасными, озаренные свечами лица, старые, молодые, радостные. И когда поешь - изо рта пар, потому что ночь ледяная.

А Рождество мы встречали с любимым моим братишкой-католиком в православной церкви в Коломенском. И в нашем приделе отрубился динамик, это тоже было испытание смирения - слушать звуки вокруг, вот оно, Рождество, бабушки-свечницы ворчат и переговариваются, шуршат пакетики с конфетами, возится старушка в тяжелой шубе, все пытается упихать ее в гремящий целлофан, сонный малыш у папы на руках вдруг проснулся и расхныкался, откуда-то издалека еле слышно возглашение батюшки, хор поет громко, но кто-то старательный невыносимо фальшивит. Встретив Рождество, мы вышли из церковки и закурили, примостившись на крылечко Петрова домика. Над нами сияла звезда, в незаснувшей земле держались корнями мокрые яблони, мерцали побеленными стволами, раскисшая глина чавкала под ногами, когда мы шли домой по бесконечному яблоневому саду, говоря о Рождестве и обо всем на свете. А теперь вот и Пасха.

А еще, держа в руке свечку на ветру, выйдя в полчетвертого из церкви - набивать бесчисленные СМС - да, братья мои хорошие, да сестренка - "Воистину воскресе". Хвалите Его в мобильных телефонах, и в Интернете прославляйте Воскресение Его!

Но самая вкусная в жизни яичница с луком - после поста. Проверено. Вообще атас. А семья ходила вокруг да около и огорчалась, что больше не удастся дразнить меня колбаской, ха-ха-ха, нам теперь любая колбаска - раз плюнуть!