January 22nd, 2004

Т

(no subject)

В общем так, дорогие товарищи. Все взрослые люди, все прекрасно все понимают, у каждого есть право на невмешательство других в личную жизнь. Глупо раздувать скандалы и дрязги, на хуя тебе все это надо,tikkey, не лезь не в свое дело. Это преамбула. Видите, я все это и так знаю. Но игрушки игрушками, а жизнь жизнью.

А теперь, собственно, само письмо. helga_pataki вчера вышла из больницы. Состояние вполне удовлетворительное, все с ней в порядке, особенно по сравнению с тем, что могло бы быть.  Я считаю, чтоbeignet поступил в высшей степени подло.  В связи с этим у меня самая решительная просьба.  Я прошу, даже настаиваю, чтобы  cava и beignet удалили меня из числа своих френдов.  Даже номинально я не хочу, чтобы эти люди считали себя моими друзьями. Все.
Т

(no subject)

Известное дело, хочешь досконально знать биологию -- ставь опыт. Расти там себе какую-нибудь сурепку или муху-дрозофилу.  Иначе никак ты толком в биологию не вкупишь. То же и с другими науками: ни фига не понятно, пока от теории к практике не перейдешь. Наблюдения за живым человеком многое помогли мне понять о происхождении некоторых символов. Как Матюха  стал не просто мясиком, но мясиком, активно познающим мир, тут-то на меня  прямо пачками сыплются откровения, те, которые еще остались после первых полевых экспериментов по разведению Нюх в болотных условиях. Все у Матюши было зашибись, пока он мирно вкушал молоко и был счастлив.  Ну разве иногда живот побаливал, да, но, в общем, вполне терпимо.  И тут соблазнился Матюха яблоком, которое я в тот момент грызла. Прямо даже побелел от желания и пищал, пока ему яблока не дали. Я ему говорю, брось, чувак, рано тебе еще, поплохеет же! Ни в какую. Пищит, жалуется. В соответствующих конференциях меня, вроде, подбодрили, сказали: давай, раз уж так хочет. И стал Матюха при кратковременном своем яблочном счастьи, вроде,  уже и большой.  И тут на Матюху понеслось. Стали резаться зубы (да, я понимаю, "после" не значит "из-за"), стал бурлить животик, почувствовавший новый вкус, но самое главное -- появились желания. Каждое новое яблоко в моих руках вызывает немедленный спазм эмоций: прильнуть,  нагрызть, насладиться! А каждая новая вещь над бедовой Матюховой головою кажется, естественно, яблоком.  И вот рай детской безмятежности сменяется обидой гордого человека, который, конечно, смиряться совсем даже и не хочет. Еще чего!  И наступает мильон терзаний, писк и чувство богооставленности. Кошмар! И вот сидим мы на кухне, я пью чай из любимой огромной чашки (прозрачной, между прочим!), Матюха смотрит вокруг в рассуждении чего бы покушать, а нет -- так хоть  выбросить нах со стола, и вдруг я вижу на мордочке  Матюхи экстаз. Он поднимает руки, протягивает их к чашке. В чашке плещется крепкий чай.  Дитя, даже губами плямкать забывши, в трубочку их вытянуло и завороженно глядит. Чаша, бросая на Матюху золотые отблески, медленно проплывает над головой обалдевшего ребенка. Озарение. Где-то  над зачарованным Матюком ржет  как лошадь его неромантичная мать. Занавес.